Назовем это борьбой за выживание молодого советского государства и ликвидацией всего того, что чуждо рабоче-крестьянской власти. Мне очень жаль, Иван Максимович. Дело тут не в вас лично.
— Да, я понимаю, это система. Против нее люди, находящиеся в своем уме, не ходят. Спасибо за откровенность, Павел Викторович.
Допросы и пытки этой ночью досуг Никольского не разнообразили. Он ворочался на отсыревшей мешковине, никак не мог уснуть. В камере напротив похрапывал Градов. Тот насилу угомонился.
Павел вертелся, то потел, то дрожал от холода.
Его глодала обида, какой-то всепожирающий стыд. Люди вокруг него гибли постоянно, массово и поодиночке. Этот процесс продолжался уже четвертый год и никак не останавливался."
"Офицеры в его опергруппе были из нового пополнения. Он работал с ними всего три месяца, и вот Булыгина уже нет. Срок службы оперативника СМЕРШ до обидного мал. Неопытным и безрассудным дается неделя, осторожным и благоразумным — месяца три-четыре. Если повезет, то полгода.
Тех, кто начинал с ним в сорок первом, уже и в помине нет. Их косточки давно высохли. Причем похоронены были далеко не все.
Павел два года служил в разведывательно-диверсионной группе при штабе армии. Это был отряд специального назначения, способный выполнять любые задачи в самых сложных условиях. Добыча языка, разведданных, подрыв моста, железнодорожного узла, переправка за линию фронта или обратно важной персоны.
Срывов не было, но люди уходили, гибли геройской смертью. Некоторым повезло, они всего лишь стали калеками.
Никольский отделался легкой контузией и ранением навылет в плечо. Эта рана зажила как на собаке.
В сорок третьем было сформировано Главное управление контрразведки СМЕРШ. Туда уходили служить не только особисты, как правило малосведущие в поисках реального врага, но и ценные кадры из разведки, следственных органов, оперативных отделов милиции.
За полтора года Павел возглавлял три группы по поимке агентов абвера в ближнем тылу советских войск.
Его люди часто уходили в те края, откуда не возвращаются.
Лейтенанта Савельева расстреляли подло, в спину. Капитан Кулешов утонул в болоте, куда успешно заманил группу вражеских диверсантов. Старшего лейтенанта Симоненко зарезали на явочной квартире, где он пытался выдать себя за служащего вспомогательной полиции.
Молодой лейтенант Пятницкий пожертвовал собой. Группа преследовала диверсантов, угнавших грузовик и имевших реальные шансы уйти.
