Потом повернулся к Дэймену и вкрадчиво добавил: – Должно быть, твоя спина нестерпимо болит.
– Я в порядке, – возразил Дэймен.
– Тогда на колени, – велел Лоран.
Дэймена схватили за плечи и силой заставили опуститься; едва он оказался на коленях, как к его горлу приставили меч, пресекая любые попытки встать. Ирод и Лоран вместе пошли прочь – еще одна пара, гуляющая в саду среди дивных ароматов.
* * *Пирующих за деревьями становилось все больше, и они понемногу перемещались в сад. На деревья вешали фонарики, слуги разносили угощения.
Место, где стоял на коленях Дэймен, разумно обходили стороной, но изредка гуляющие приближались и роняли фразы вроде «Смотри, вон дикий раб принца».
Досада разъедала душу, точно яд. Дэймена снова связали, и, в отличие от Лорана, стражи отнеслись к этому серьезно. От ошейника к решетчатой стене тянулась цепь, причем настоящая, такую не разорвать.
«Кроха-питомец», – с отвращением подумал Дэймен. Из напряженного разговора Ирода с Лораном он почерпнул только один важный факт – где-то рядом томятся другие акилосские рабы.
Дэймен стал думать о них; он по-прежнему беспокоился об их благополучии, но после слов Ирода появились тревожные вопросы. Что это за рабы? Дворцовые, вышколенные Адрастом и, подобно Дэймену, привезенные прямо из столицы? На корабле Дэймена держали в закрытой каюте, поэтому он до сих пор не видел других рабов, а они не видели его. И если это дворцовые рабы, выбранные из лучших служителей королевской семьи Акилоса, они могут его узнать.
Обволакивающую тишину двора нарушил негромкий перезвон колокольчиков.
Прикованный в отдаленном закоулке сада, вдали от аристократических развлечений, Дэймен не ожидал, что раба поведут прямо к нему.
Как и на Дэймене, на нем были золотой ошейник и наручники, только куда меньше и изящнее. На поводке его вел вирский питомец.
Колокольчики звенели на питомце. Они висели у него на шее, словно у кота. Лицо его было ярко накрашено. Оно показалось Дэймену знакомым.
Это был малолетний питомец советника Одина.
Дэймен мрачно подумал, что для любителей юных мальчиков этот чудо как хорош.
Краска скрывала по-детски чистую кожу. С такой внешностью его ровесница лет через шесть наверняка превратилась бы в ослепительную красавицу. Отработанная грация движений неплохо скрывала нескладность детского тела. Как и Дэймену, в волосы мальчишке вплели драгоценные камни, но ему достался мелкий жемчуг, звездами сияющий в копне каштановых кудрей. Но главным украшением юного питомца были голубые глаза.
