– Разумеется, – захохотала война и песни тризны полетели над миром. – но я вызвал тебя по другому вопросу, раб. Что с моей невестой?
– Она здравствует, мой хозяин. Как вы и приказали, денно и нощно я слежу за ней.
– Покидала ли она свои покои.
– Нет, мессир.
– Изъявляли ли какие-то желания?
– Нет, мессир.
– Чем же занята эта смертная, которую я, сам Дергер, Бог Войны, возвысил до ранга старшей богини?!
Что-то пронеслось по коридору дворца. Хаджар не понимал сути этого явления, но ощущал его невероятную силу.
Силу, которая могла бы остановить мощь Черного Генерала.
Только чуть позже Хаджар понял, что это было лишь “раздражение” Дергера. Даже не гнев или ярость, а лишь “раздражение”. Простая эмоция, которая могла смести с лица безымянного мира несколько регионов.
– Дни напролет, мессир, она сидит в саду и смотрит в Пруд Многих Отражений.
– В эту проклятую дыру в мир смертных?! Она никак не может забыть того горшечника?! Что же, если так, пусть вечно там и сидит! Я уже предупреждал её, что если она не явится в мои покои и не согреет мою постель, то я обращу её в камень! Пришло время сдержать мое слово!
Война бросилась по коридору куда-то за спину Черного Генерала, но тот, внезапно, поднялся на ноги.
– Жалкий раб! Ты смеешь вставать у меня на пути?!
– Простите, мой хозяин, – склонил, покорно, голову Черный Генерал. – Лишь недавно закончилась битва и ваша кровь кипит от её эха. Пройдет время и вы вспомните, что нет ни одной женщины, что не покорилась бы вам.
Что толку славе Дергера от каменной статуи в саду, если с ним может возлечь прекраснейшая из женщин, которая когда либо рождалась или будет рождена.
– Хм… Что же, в твоих словах есть смысл, раб. Даю тебе времени – смертный месяц. Если за этот месяц она по доброй воле не явится в мои покои, то я обращу её в камень, а тебя отправлю на самые дальние рубежи Межграничья… скажем – на тысячу лет. Краткий срок для бога, но для смертных…
– Мой мастер я…"
"– Ты думал, что от меня могло скрыться то, что ты спускаешься в мир смертных чтобы удовлетворять плоть в постели одной из них? Ты глуп, раб.
Мне плевать, с кем ты ляжешь. Но, помни, если ты не справишься с этим заданием, то больше никогда не увидишь своей смертной. Ты понял меня?
– Да, мессир.
– Хорошо. Меня ждет аудиенция у Яшмового Императора. Старик опять хочет открыть Книгу Тысячи… глупец еще думает, что он может как-то помочь смертным. Этим обезьянам. Старый дурак.
