- Каждую ночь я лежу в постели, мечтая о тебе, задавая себе один и тот же вопрос: почему ты находишься в доме моей матери, а не в моем, со мной рядом?
– Я не хотела…
– Ты сама не знаешь, чего хочешь, - перебил ее Бенедикт.
Он и сам понимал, насколько это жестокие, унизительные слова, но ему было все равно. Она заставила его страдать. Он даже не предполагал, что такое возможно. Вместо того чтобы принять его предложение, она предпочла жалкое существование, и теперь он был обречен видеть ее почти каждый день и сходить с ума от страсти.
Сам, конечно, виноват. Нужно было оставить ее в деревне, избавив себя от таких мук. Но он, к собственному удивлению, настоял, чтобы она поехала вместе с ним в Лондон. Это было странное желание, Бенедикт даже думать боялся, откуда оно у него взялось, но ему важнее было знать, что Софи находится в безопасности, чем сделать ее своей любовницей.
– Бенедикт… - голосом, полным страсти, прошептала Софи, и Бенедикт понял, что небезразличен ей. Может быть, она и сама еще не понимает, что означает хотеть мужчину, но она хочет его.
Он прильнул губами к ее губам, поклявшись, что, если она скажет ""нет"", если хоть как-то даст понять, что не хочет его, он прервет поцелуй. Это будет самое сложное, что он когда-либо делал, но он это сделает.
Но Софи не сказала ""нет"", не оттолкнула его, не стала ни сопротивляться, ни вырываться. Вместо этого она прильнула к нему всем телом, зарылась руками в его волосы, и губы ее приоткрылись. Бенедикт понятия не имел, почему она вдруг решила позволить ему себя поцеловать, но оторваться от ее губ, чтобы спросить об этом, он не мог.
Он уже не был уверен, что ему удастся уговорить ее стать своей любовницей, и теперь упивался блаженными мгновениями, которые, быть может, и не повторятся, стремясь вместить в один поцелуй всю жизнь.
Поцелуй становился все более страстным, и внезапно в голове Бенедикта зазвенел назойливый голос, говоривший ему о том, что все это уже было. Два года назад он танцевал с женщиной, а когда собрался поцеловать ее, она сказала, что ему придется вложить в этот поцелуй всю жизнь.
Тогда он был чересчур самонадеян и не поверил ей. Потеряв ее, Бенедикт не встретил ни одной женщины, с которой мог представить себе свою дальнейшую жизнь. До тех пор, пока не познакомился с Софи.
В отличие от таинственной незнакомки в серебристом платье Софи не была той, на ком он надеялся жениться, но, с другой стороны, в отличие от той же незнакомки она находилась здесь, с ним рядом.
