И рукастый! Помогал много – ты ж знаешь, в те годы бедно все жили, школы финансировали плохо… Так он и полки чинил, и паял, и прочее… Телевизор в кабинете биологии починил, проигрыватель… Почему Клим пропал? До сих пор не могу понять. Очень он мать любил. Прямо без памяти. Такой не мог из дома уйти. Наверное, действительно убили его… – вздохнул Андрей Максимович.
– У вас есть адрес Кеши Свиркина?
– Нет. Но у меня где-то должен быть адрес Воскобойникова… – Андрей Максимович опустил ноги на пол, поднялся.
– Нет-нет, я держусь, не надо мне помогать, Одинцова…
Он сел за стол, выдвинул несколько ящиков. Достал листок:
– Вот… Держи. Это адрес Вовки. Надо же… я теперь все помню! Где, чего, когда… Чего ты мне колола, Одинцова? Живую воду?
– Живую воду, Андрей Максимович, живую воду…
Вероника попрощалась и вышла из комнаты. В коридоре ее встретила Саша Мессинова.
– Вероника… Я тебе так благодарна! Это просто чудо… Ты ведь его буквально с того света… – Саша шмыгнула носом и достала из-за спины пухлый конверт, попыталась сунуть Веронике в руки.
– Что это?
– Деньги. Я понимаю, что человеческая жизнь бесценна, но… В общем, мы с Колей собрали все, что у нас есть.
Колей звали Сашиного мужа.
– Не надо.
– Вероника! Пожалуйста… Мы очень тебе обязаны… – растерялась Саша. – Не отказывайся, прошу!
– Вы ничем мне не обязаны, – отстранила ее руку с конвертом Вероника. – Андрей Максимыч уже расплатился со мной – авансом.
– Это в каком смысле? – озадачилась Саша.
– В таком. И даже премию выдал – только что, – Вероника пощупала листок с адресом Воскобойникова, лежавший у нее в кармане. Подхватила чемодан на колесиках, с которым ездила к матери.
– Ох, не понимаю я вас, гениев… – вздохнула Саша. – Ты ведь гений, Вероника. И папа так считает…
* * *Воскобойникова в городе не было, но соседи сообщили, что тот на даче, и даже адрес этой самой дачи дали – вместе с номером мобильного телефона. Они явно уважали бывшего школьного хулигана.
Все течет, все изменяется!
…Конец июня. Тепло.
Воскобойников ел на веранде окрошку. Не ел, а – наворачивал. Ядреный запах свежих овощей, забористого кваса, деревенской сметаны, приправленный сероводородистым душком отварных яиц, щекотал Веронике ноздри… Вероника сидела напротив, с чемоданом под боком – домой она так и не заехала.
Воскобойников мало изменился – все такой же рыжий и веснушчатый. Жилистый.
