Двери, что открывались в кирпичные стены. Милтон, отправляющий ОксиПро в Индонезию. В Азию. По всему миру.
«Прости, Макс. Нужно еще немного времени…»
– Нет, – проговорил я, глядя перед собой. Голос казался холодным, словно лед. – Мне нечего сказать.
ГЛАВА 25
Макс"
"Я натянул рабочую одежду, даже не задумываясь, что делаю. От постоянных споров с самим собой я пребывал в смятении, нещадно ныло сердце. Последние несколько дней я усердно работал, изо всех сил стараясь не позволить дурацким мыслям управлять своей жизнью.
Сайлас позвонил лишь раз, и разговор получился напряженным. Больше мы не общались.
Он хотел, чтобы я подождал его. Но как долго?
На горизонте маячил ужин в честь Дня благодарения, а с ним и надежда на воссоединение с отцом. Только Сайлас там не появится. Мне придется идти одному, а брат с сестрой приведут с собой домочадцев. Им-то удалось создать семьи. Крепкие отношения.
– Ну, Макс, где тот «особенный», которого ты собирался привести на ужин?
– Ему нельзя появляться со мной на людях.
Но, поверь, у нас все серьезно.
Я фыркнул от смеха. Но, когда с началом смены я направился к Эдварду, внутри поселилось тревожное чувство. У нас с Сайласом не было ничего серьезного. Но неистовость чувств к нему пугала до чертиков. Мне следовало оберегать себя, но, тем не менее…
«Я влюблялся в него».
– Мистер Кауфман, милый друг, – отвлекая меня от мыслей, проговорил Эдди, с которым я столкнулся в главном фойе.
– Привет, Эдди.
– Похоже, папа собирается устроить праздник в честь Хеллоуина.
В этом доме подобного не видели уже много лет.
Он указал на рабочих, которые в последние несколько дней трудились почти круглыми сутками. Те, кто находился сейчас в фойе, обвязывали перила тонкой, вполне реалистичной паутиной и возились со светом, который, как мне сказали, наполнит комнату оттенками зеленого и фиолетового.
Я никогда не был на вечеринке в честь Хеллоуина, устроенной в особняке миллиардера. Но мне почему-то казалось, что здесь не станут играть в «ловлю яблок»[27] или наряжаться в беременных монахинь.
– Да. Похоже, намечается что-то эпичное, – проговорил я. – У тебя есть костюм?
Эдди качнулся на пятках, адресовав мраморному полу довольную улыбку.
– Несомненно. Я буду в образе Чарльза Диккенса.
Я улыбнулся. Эдди и так каждый день мог сойти за Диккенса.
– А кем будете вы, мистер Кауфман?
– Фрэнк-н-Фуртер из «Шоу ужасов Рокки Хоррора».
Понятия не имею, почему изо рта вырвались эти слова.
