Когда отец послал Эндрю за шампанским и велел привести Макса, нервная дрожь на время привела меня в чувство.
«Что, черт возьми, ты задумал, папа?»
Вошел Эндрю, за ним Макс. Слуга поставил бокалы и откупорил бутылку. Когда он попытался разлить напиток, отец поднял руку.
– Пусть нальет Макс.
Я почувствовал, как вспыхнули щеки.
– Что? Почему? Эндрю вполне справится.
– Я хочу, чтобы шампанское разлил Макс.
– Почему?
– Все в порядке, – вмешался Макс с легкой улыбкой. – В колледже мне приходилось обслуживать столики.
– Он наполнил наши бокалы. – Эдди? С тобой все хорошо?
Эдди тоскливо покачал головой.
– Ужасно печально. Весьма хотелось бы, чтоб мне позволили уйти.
– Никто не уйдет, пока я не скажу, что хочу, – проговорил отец. – Готовы? Хорошо. Макс, ко мне.
– Боже, он же не собака, – пробормотал я, но Макс лишь отрицательно дернул рукой. И неуклюже замер чуть позади отцовского кресла.
– Хочу кое-что сообщить, – проговорил отец. – Болезнь моя быстро развивается, поэтому стоит принять не менее решительные действия.
Я встречался с адвокатами и Клеем Хортоном…"
"– Когда? – спросил я, грубо прерывая его. Произнесенное имя заставило выпрямиться на стуле. Клей Хортон, главный советник «Марш Фарма» в юридических вопросах. В стенах компании ничто не происходило без его ведома. – Когда ты встречался с адвокатами? И с Клеем?
– Сегодня утром.
– Клей Хортон приезжал сюда? Сегодня утром?
– Я невнятно говорю?
– Да, иногда, – произнес Эдди, уставившись в тарелку. – Из-за печальной природы рассеянного склероза…
– Господь Всемогущий! Заткнись, ты, идиот! – проорал Эдвард.
Эдди вздрогнул и сжался, словно краб, поспешно улезающий в свой панцирь. На лице Макса вспыхнул гнев.
– Он не идиот, – огрызнулся я. – Он гребаный гений. И ему нужно чем-то заниматься. А не просто бродить по дому, играя в Диккенса.
– Ладно, ладно. Тише. – Фейт положила руку мне на плечо.
– Да что ты знаешь? Ты пьян, – проворчал отец. – Мои сыновья, алкаш и придурок. Теперь я, как никогда, уверен в своем решении.
И благодарю Бога за тебя, Фейт. Если бы не ты, я потерял бы всякую надежду в отношении младшего сына.
– Какое решение? – спросил я, встретившись взглядом с отцом. Что-то пошло не так, а я слишком много выпил, чтобы разобраться в ситуации или поговорить с ним о безнравственных делах компании.
– О да, пожалуйста, – любезно проговорил Стивен Милтон. – Прошу, объявите грандиозную новость. Без сомнений, шампанское восхитительно. Не хочется, чтобы оно осталось нетронутым.
