А затем, словно о чем-то предупреждая всех в комнате, добавил: – Все бы наши командиры думали не только о славе, но и об общей пользе, тогда родезцы не чувствовали бы себя в нашем королевстве как дома.
– Но если бы вы победили Эриха… – заговорил было Норгер, но князь махнул рукой:
– Ничего бы мы не добились. Я слишком высокого мнения об Эрихе, чтобы считать, что смог бы со своей еще не совсем подготовленной армией нанести ему серьезное поражение. А в любом другом случае… Общий перевес все равно был за родезцами, пусть их силы и разбросаны по разным крепостям.
Он отступил бы, подтянул резервы, и все, а мне где новых солдат брать?
– Не совсем подготовлена? – Граф явно изумился такому заявлению.
– Да, не совсем подготовлена, – жестко отрезал князь. – Я с ней могу выступить против мятежников, даже против локхерской армии, но не против родезцев. Рано еще."
"– То есть вы оцениваете силы Локхера ниже родезцев?
– Мне кажется, общий счет побед и поражений говорит сам за себя.
– Господа! – оборвал начавшийся спор Алазорский.
– Спокойней! Граф, мы, кажется, все это уже обсуждали, и вы сами согласились, что подтянуть дисциплину не помешает. Не дело, когда тиры без команды рвутся в бой, невзирая ни на что.
Дальше началось обсуждение деталей предстоящего реформирования армии. Князь в этом споре участия не принимал, разве что отвечал, когда обращались к нему непосредственно. Только герцог Вертонский изредка бросал в его сторону задумчивые взгляды. В основном все это князь уже высказывал в свое время и Артону, и Алазорскому.
Теперь видел, что они его слова мимо ушей не пропустили. Кое-что изменили и доработали, но все идеи были направлены как раз на те реформы, которые предлагал им он. Дисциплина, создание равных по численности полков, реформа снабжения. И обсуждали тренировку на слаженность. Король тут же подписал приказ о неукоснительном подчинении всех тиров единому командованию, и любое действие в бою в обход приказа, а тем более прямое его нарушение приравнивались к измене со всеми вытекающими.
– Граф, – Артон глянул на Норгера, – вы должны до всех донести нашу позицию настолько ясно, чтобы даже последний идиот понял, что к чему. Случаев, когда отряды знати начинают в бою действовать, как считают нужным их командиры, быть не должно. Командир в армии только один!
А вот граф Логер в течение всего разговора предпочитал отмалчиваться. Точнее, говорил он настолько скупо, что его почти не было слышно.
