Женщина каким-то таинственным образом прочитала мысли несостоявшегося начальника и хмыкнула:
«Любви все возрасты покорны. Думаете, если на пороге шестидесятилетия стою, так уже все? Пора в тираж?»
«Что вы, что вы! – стал оправдываться Петр. – Ни о чем таком я не думал, поздравляю со счастливым браком».
Но тут из глубины машины высунулась молоденькая, очень хорошенькая девушка и недовольно прочирикала:
«Котеночек, так мы едем в «Розовую цаплю»?»
«Иду-иду», – отозвалась Марина и нырнула в автомобиль.
– Представляете теперь, как я изумился? – спросил директор.
– Что же страшного? Ну вышла без двух минут шестидесятилетняя тетка замуж, подумаешь! Может, мужу все восемьдесят, и она ему молоденькой кажется. И потом, это еще не тот возраст, когда…
Петр глянул на меня с жалостью.
– «Розовая цапля» совершенно особое кафе, даже клуб при отеле «Катерина». Содержит оба заведения Анастасия Глинская. Главная особенность этих мест состоит в том, что туда пускают лишь тех, кто предпочитает однополую любовь.
– Геев?
– Нет, мужчин Глинская на дух не переносит, только лесбиянок.
Ну как, скажите, Марина могла выйти замуж и направляться в «Розовую цаплю»?
Да, интересно, конечно, только чужие постельные игры меня не привлекают. Я искренне считаю, что человек вправе распоряжаться своим собственным телом абсолютно свободно. Нравится кому-то жить с женщиной, а кому-то с мужчиной – да на здоровье, если это происходит по обоюдному желанию, так почему бы и нет? Две взрослые особи, если им уже исполнилось по восемнадцать лет, вправе делать что угодно.
Кстати, к нам в консерваторию, славящуюся тем, что среди преподавателей и студентов было много приверженцев однополой любви, иногда приходили люди в одинаковых серых костюмах. Сначала они исчезали за дверью с табличкой «Партком», а потом туда же по одному приглашались студенты, но не все, лишь избранные. Один раз и мне довелось отвечать там на вопросы.
Мужчина, назвавшийся Иваном Ивановичем, сначала интересовался чистой ерундой. Как я учусь, хорошо ли кормят в буфете, сложно ли играть на арфе… Потом невзначай проронил:
– Замуж не собираетесь?
– Пока нет, да и не за кого, – улыбнулась я.
– Да? – удивился Иван Иванович. – А Костя Мысков? Чем не кавалер?"
"По тому, какими напряженными стали глаза мужика, я поняла, что он задал главный вопрос, тот, ради которого явился в консерваторию. Костя Мысков, чуравшийся девушек и почти открыто живший с преподавателем Львом Соломоновым, был приятным парнем, настоящей подружкой.
