Попросил на охоту сводить. Ну, мы его в твой домик и поселили.
— Это он лося грохнул?
— Ну да, — тут же сдает все явки Дункан. — Мы Михалыча отправили с ним. Ну… присмотреть… Так он сам обалдел, когда банкир этот в лося всю обойму выпустил. Идиот. Пришлось деру давать.
— А как фамилия этого дарования? Егерям скажу. Пусть клюнут в тыковку."
"— Шмелев Илья Федорович, — отрывисто бросает Дункан.
— Точно? — переспрашиваю настойчиво. — Может, Федор Ильич?
— Нее, точняк, — сипло уверяет Таврида. — Я документы видел.
Мне из «Опала» скидывали скан паспорта. Этот мажор туда с бабой заселялся. Она еще пела у нас в театре. Типа с ней на гастроли приехал. Ну и заодно залог проверить.
— Странно все это, — цежу я задумчиво. — Многоходовочка, блин!
— Да какая разница, Назарет?! — чуть ли ни хором басят мои оппоненты. — В суд подай, отыграешь назад свою землю.
«А жену? — вскидываюсь мысленно. — Кто мне вернет Веронику?»
Сдерживаюсь изо всех сил. Поднимать тему убийства нельзя. Равно как и заводить разговор о Линаре.
Ну, были вместе в театре, подумаешь! Никто не должен знать, как она дорога мне. Тем более сейчас, когда в больнице нет охраны.
— Нужно найти Синявкина, — бросаю я отрывисто. — У очень уважаемого человека был похожий прецедент с ФИШТ-банком. Только в том случае задействован был другой Шмелев. Но мне кажется, там схема отработанная. — Землю я верну, пацаны, — заверяю я вражеский лагерь. — Вот только и вы под ударом. Проверьте, все бабки целы? Векселя тоже.
По тому, как переглядываются Олег с Витькой, я понимаю, что попал в цель.
Бинго, дорогие товарищи!
— Поднимайте своих орлов и ищите вашего компаньона…
— Откуда дровишки? — морщится Таврида. — Я по своим источникам пробивал…
— Мы с тобой, Витя, караси. Плаваем в маленьком прудике. И наши источники, — вздыхаю я, стараясь подобрать сравнение пообидней, — это две речки-говнярки, сливающие нам на голову свои помои. А есть большие реки, и там ходит рыба покрупнее.
— Кто, например? — быстро обрывает мои пространные речи Дункан.
— Я тут по одному делу общался с Педагогом…
— Да ты гонишь! — вскрикивает Таврида.
— Гляди, — показываю сделанную на память фотку.
— А как ты на него вышел? — задумчиво чешет репу Дункан. И в осоловевшем взгляде мелькают остатки разума.
— У нас общие друзья, — ухмыляюсь довольно. — Вот летали развеяться в Эйлат. Потрепались за жисть…
— Он уже на пенсионе, — морщит нос Таврида. Этого точно фотками не купишь.
— И это к лучшему, — соглашаюсь я.
