Если бы обстоятельства сложились иначе, и вы бы не женились на моей сестре, ставшей ребенку настоящей матерью, я бы промолчала. Но сейчас не могу. Считаю, что вы и Полина должны знать правду. От себя гарантирую соблюдение тайны. Я больше не побеспокою вас и никогда никому не обмолвлюсь об истинном положении дел. Все документы, которые я подписала после рождения ребенка ни при каких обстоятельствах не стану опровергать. Только прошу прощения. Пожалуйста! Прости меня!»
Слышу в трубке Жанкин плач.
Такой искренний и безутешный. Тыкаю пальцем в контакт, и когда суррогатная мать моего сына тихо бормочет «Да, папа…», смеясь, ору в трубку.
— Систер, это Сергей. Прекрати мне выкать и звать по отчеству. А лучше садись в самолет и лети к нам…
— Ты на меня не сердишься? — осторожно спрашивает Жанна. — Правда? Я такое сотворила…
— Забудь. Все нормально, — усмехаюсь в трубку. — Лучше приезжай.
Давай билет тебе куплю…
— Я не могу, Сережа. Правда. У меня тут новый мужчина, и я, наверное, уеду с ним.
— Родители знают? — спрашиваю, уподобляясь классному руководителю в школе.
— Только мама, — шепчет сестра жены. — Остальным я потом расскажу. Ты меня простил? Точно?
— Да точно, Жан! Точно! — отмахиваюсь от Жанки как от надоедливой мухи.
Отдаю айфон тестю, а сам радостно смотрю на небо и птиц, летящих стайкой куда-то за горизонт.
На крыльцо вместе с сыном выходит Линара. Обнимаю ее за плечи и, притянув к себе, выдыхаю куда-то в волосы.
— Твоя сестра сделала нам обалденный подарок.
— Какой? — удивленно вскидывается Линара, но я не успеваю ей ответить. К нам подходят Трофим и Саня Ворон.
— Потом, — бормочу, забирая у жены сына. Малыш радостно обнимает меня ручонками и кладет головку на плечо.
— Наследник, — довольно ухмыляется Саня, теребя Марка за ручку.
— На деда Лешу похож.
Маленький засранец довольно гулит, оставляя на моей новой рубашке от Бриони слюнявое пятно. Жена пытается подложить пеленку, но я отмахиваюсь.
— Настоящим пацанам ни к чему эти тряпки.
— У тебя, Назарет, морда светится, хоть прикуривай, — замечает Трофим, шутливо толкая меня плечом.
И я, глядя на самых близких людей, признаюсь как на духу.
— Сегодня мой самый счастливый день, бро!"
