Я не выдержала:
— Или я могу уйти одна, без сопровождения вашего верного пса?
Чех молча кивнул своим людям, и Лёшу отпустили. Я крепко, будто утопающий в соломинку, вцепилась в его руку и, держась из последних сил, улыбнулась Сергею, которого всё ещё держал на мушке полицейский Чеха:
— Позаботься, пожалуйста, о… гостях. Мы скоро вернёмся. — Потянула Лютого к выходу. На ходу ощущая, как начинает мутить, прошептала: — Увези меня куда-нибудь, где можно поговорить. Я расскажу тебе кое-что.
Глава 58.
Ангел
Лютый выпрямился, зыркнул на Чеха, оттолкнул руку одного из наемников и, отведя меня в сторону, наклонился к уху.
— В пижаме я тебя на улицу не выпущу, — прошептал очень тихо. — Сможешь переодеться при мне? Я отвернусь, обещаю.
Я осторожно кивнула. Мы поднялись под прицелом множества пар глаз в мою комнату. Когда дверь закрылась, Лютый пронзительно осмотрел меня, словно искал увечья и пытался понять в порядке ли я, а потом отвернулся.
— Быстрее, — сказал очень тихо и упер руки в стену над головой, уткнулся лбом и согнулся.
Мышцы на спине пошли буграми, натянув ткань футболки. — Поедем в больницу на день раньше, — сказал Леша через несколько минут молчания. Я успела натянуть теплые колготки, нырнуть в шерстяное платье и даже расчесать волосы. — Назначено на завтра, но Чех об этом не знает. Лина, — Лютый немного повернул голову, но смотрел в пол, а не на меня, — я вытащу тебя. Вас вытащу. Знаю, что ты ненавидишь, что смотреть на меня не можешь, но ради ребенка доверься.
Он оторвался от стены и, подняв глаза, положил ладонь на своё плечо. Обычно я качала ладонью, держась осторожно, не подпуская Лютого… может, мстила отказом за те злые поцелуи, которые он срывал без спроса. И Береговой молча глотал мои отказы. Но сегодня я обмахнулась рукой, словно веером, и в следующее мгновение ощутила себя в сильных объятиях.
Замерла от неожиданности. Думала, Лютый тронет щёку или поправит волосы, но он прижимал меня к себе так, будто боялся отпускать даже на миг.
Я слышала, как часто и сильно бьётся его сердце. На миг закрыла глаза, благодаря небо, что тот выстрел был в ногу одного из подонков Чеха. Осторожно высвободилась и, подхватив сумку, пошла к двери.
— Не хочу Рыжуню в доме оставлять. Может, завезём её Марии?
— Она всего лишь кошка, Ангелина, — удивился Леша. — Чеху интересней мучить людей, — он поджал губы и жестом показал мне идти вперед.
