Он смотрел так, словно впервые увидел, с таким восторгом, как будто я внезапно стала самой прекрасной девушкой на земле. Он и раньше примерно так смотрел, но сейчас этот восхищённый взгляд словно бы стал в несколько раз… концентрированнее, что ли."
"— Единственная моя. Долгожданная, — прошептал он мне в макушку, снова прижав к себе и легонько покачивая. — Как же я не узнал тебя? Как не почувствовал?
— Почувствовал, Рик, всё ты почувствовал, — в голосе Даниты слышалась улыбка.
— Слава небесам! — выдохнула Корайна.
— Габриель, а не могла бы ты сказать нам, почему скрыла своё настоящее имя? — поинтересовался Гантер.
Я поёрзала в объятиях Рика и всё же сумела слегка развернуться, чтобы хотя бы видеть тех, с кем говорю. Все четверо смотрели на меня с широченными счастливыми улыбками, я не очень понимала, чему они так радуются, но улыбнулась в ответ.
— Когда я выпала из портала, меня подобрал военный отряд, посланный за Хонстейном — тем, кто украл артефакт переноса, и чьей заменой я стала. Они приняли меня за мальчика, и я подумала, что так безопаснее — всё же, я одна в лесу с незнакомыми мужчинами.
Потом я поняла, что они хорошие, но сначала опасалась. И когда меня спросили об имени, я подумала… ну, разве Лили — это имя для мальчика? Кто так сына назовёт? Поэтому и назвалась вторым именем, оно вполне мужское, так моего папу зовут, меня в его честь назвали.
— А потом? — спросил Рик. — Когда стало ясно, что ты девушка? Почему не назвалась настоящим именем?
— Так и Габриель — настоящее. В документах записано.
Там, где я живу, так принято — давать детям два имени. Старинный обычай. И можно выбрать любое, а порой даже просто инициалы от обоих. А я уже как-то привыкла за те дни к имени Габриель, к тому же, было неловко признаваться в том, что я тех военных испугалась. А почему это так важно? — я, наконец, осознала, что разговор ушёл куда-то в сторону от действительно важного — пророчества для Килиана.
И лица у всех такие странные.
— Хочешь знать, как звучало моё пророчество? — сказал вдруг Рик, словно подслушав мои мысли.
— Конечно.
Вообще-то, не очень. Знать, что оно не про меня — не особо приятно. А с другой стороны — было безумно любопытно, чем же я-то не подошла? Почему не я — истинная пара моего дракона?
— Тогда слушай, и ты поймёшь, почему это было так важно:
Минует немало столетий.
Дитя, нам неведомой расы,
Из мира другого прибудет.
Из рода защитников храбрых,
Чьи крылья сильны и надёжны.
Глаза её — синее море,
И волосы — ворона крылья.
