Они рассредоточились по поляне по двое, и в каждой паре «отстреливался» лишь один, второй же просто стоял рядом и ничего не делал, при этом вид имел очень сосредоточенный.
Я лежала, прижатая левым боком к большому бревну, валяющемуся на поляне — вчера на нём сидела часть моих спутников, — а справа от меня лежало ещё двое мужчин. Прижавшись к земле, они старались казаться как можно незаметнее, и ни один из них не кидал шары и вообще, казалось, ничего не делал.
Было страшно. Очень страшно. Одно дело — смотреть кино про войну или читать о фэнтези-битвах в книгах, и совсем другое — лично оказаться посреди всего этого дурдома.
Хотелось закопаться под бревно, я даже машинально поискала взглядом свой рюкзак с туалетным совочком, хотя, чтобы закопаться с его помощью, мне теперь понадобилось бы полдня, не меньше. И шаря взглядом по поляне, я обратила внимание на то, что летающие сгустки тьмы, врезаясь в деревья, взрываются, откалывая от них большие щепки, упав на землю, оставляют небольшие воронки, но в людей почему-то не попадают, хотя нападающие именно в них-то и целились.
Не долетая до людей каких-то пару футов, сгустки словно бы врезались в невидимую стену, растекались по ней кляксами, а потом бледнели и исчезали. Что происходило с огненными шарами, я толком не видела, они улетали куда-то за деревья, где мелькали чёрные тени, больше ничего рассмотреть я не могла.
— Кто это? — шепнула я тому, кто лежал рядом и частично на мне, словно прикрывая собой.
Он, единственный из всего отряда, был не в синей, а в тёмно-серой одежде. Я не очень надеялась, что в таком шуме он услышит, но ответ получила:
— Мракобесы.
— Кто? — я не была уверена, что не ослышалась. Или это мой внутренний переводчик подобрал слово, максимально созвучное с оригиналом, хотя не уверена, что смысл был передан верно.
— Безумцы, — выплюнул мужчина, с ненавистью вглядываясь вдаль. — Помолчи, парень, выживем — тогда и будешь вопросы задавать.
И вот тут до меня окончательно дошло — это всё на самом деле. И кем бы ни были эти неизвестные мракобесы, они хотят нас убить. А значит, и меня тоже. Пожалуйста, крылышки, миленькие, появитесь! Я не хочу умирать!
Но спасительные крылья появляться не спешили, а бой становился всё ожесточённее. Я увидела, как в одной паре тот, что ничего не делал, вдруг упал, словно потерял сознание — при том, что тьма его даже не коснулась.
