— У меня великолепные новости! Великий князь сделал нам щедрейшее предложение погостить в его дворце в столице!
Я сжимаю челюсть с такой силой, что скрипят зубы. Уставившись в пол, пытаюсь сделать глубокий вдох. Каков подлец! И тут слышу ненавистный мягкий голос:
— Барон, разрешите пригласить вашу дочь на танец?
— Конечно, великий князь! Лия — прошу прощения, Лияра, — будет счастлива! — легко соглашается тот."
"Не могу не признать: танцует Эмиль божественно. Он уверенно ведёт меня под музыку, остаётся лишь подчиняться.
Я намеренно игнорирую его пронизывающий взгляд. Гляжу по сторонам, улыбаясь знакомым девушкам и приветствуя кланяющихся мужчин. Ни за что не начну разговор первой!
— Вам очень идёт это ожерелье, Лияра, — наконец прерывает затянувшееся молчание мужчина. — Возможно, вы захотите узнать, что этот камень ювелирному дому Бёллер подарил именно я.
— Какая щедрость с вашей стороны, князь, — вежливо отвечаю, продолжая смотреть куда угодно, только не на Эмиля. Мельком ловлю наше отражение в зеркалах.
Он весь в чёрном, одет строго, в отличие от многих присутствующих здесь мужчин, длинные волосы собраны в низкий хвост. И я в сверкающем белизной платье с золотыми кудрями. Пара из нас — загляденье. Если бы только он не проводил меня прямиком на плаху…
— Полагаю, у вас есть некоторые вопросы? — подталкивает он меня к диалогу, но я не собираюсь вестись на столь простенькую уловку.
— Отнюдь, — отвечаю спокойно, придушивая раздражение глубоко внутри. — Я благодарна вам за приглашение во дворец.
Это огромная честь для нашей семьи.
— Рад доставить вам удовольствие.
Не удержавшись, смотрю на него. Губы Эмиля еле растянуты в светской улыбке маститого придворного, но глаза выдают всю черноту его души. Ледяной взгляд впивается в меня, словно хочет вскрыть черепную коробку и проверить, что я думаю на самом деле.
В очередном па он притягивает меня ближе, чем это позволено правилами приличия, склоняет голову. Меня окутывает аромат чистоты, исходящий от его одежды, от чего я вздрагиваю, снова вспоминая ту непристойную сцену в тюремной камере.
Но оторвать взгляд от его глаз всё равно не могу. Я словно мышь под гипнозом змеи.
— Как ваши близкие отнеслись к инциденту в парке? — тихо спрашивает он, наклоняясь почти к самому моему уху. Зрительный контакт прерывается, и я через чур заметно выдыхаю.
— Если хотите узнать, что я им сказала, то не беспокойтесь. Вашу тайну я унесу с собой в могилу. — И это почти правда, просто в первый раз мне никто не поверил.
