Сейчас, когда вы погружены в эйфорию, весь мир кажется прекрасным, но стоит этому яркому чувству отступить хоть на полшага, как приходится сталкиваться с реальностью. Она, увы, зачастую не так приятна.
— Я понимаю, — пытаюсь улыбнуться, но в душе поселяется червоточинка, подтачивающая и без того хрупкие чувства. — Просто столько всего случилось в последние дни. Мы почти не видимся сейчас…
Говорю и сама не верю, что открываю сердце Катарине. Я даже Алисе не всегда могла признаться в своих переживаниях — да что там, я и с собой частенько бываю нечестна.
Почему-то кажется, что именно она сможет меня выслушать, понять. Императрица отрывает меня от ощипанного куста, стискивая пальцы в своих ладонях.
— Есть дни, которые надо просто пережить, — тихо говорит она, заглядывая в мои глаза. — Уверена, когда вы пройдёте через этот кошмар, проблемы семейной жизнь покажутся чем-то несущественным.
С благодарностью сжимаю её руки в ответ.
Катарина ведёт меня обратно: ей нужно возвращаться во дворец. Пока фрейлины собираются вокруг беседки, императрица задерживает меня на дорожке.
— Хотела вас попросить, — тихо говорит она, оглядываясь, как бы никто не услышал. — Пожалуйста, не зовите к себе Луизу так рано. Обращайтесь к ней в любое время, если вам нужна её помощь, просто раннее утро — это так неудобно. Она опаздывает к моему завтраку.
Я непонимающе смотрю в её чистые глаза. Я вызывала Луизу? Что за бред?
— Простите, госпожа, но вы что-то не так поняли. Я не просила Луизу приезжать. Зачем? — твёрдо говорю, хотя сердце чёрным покрывалом окутывает непонятный страх.
— Я знаю только одно: Луиза приезжала к князю по вашей просьбе вчера утром. Вы хотели, чтобы братья поскорее помирились. Ведь так?
Последний вопрос я задаю таким жалобным тоном, что самой становится противно. Желаю услышать подтверждение словам Эмиля с таким отчаянием, словно от этого зависит моя жизнь."
"Катарина меняется в лице. Она смотрит на меня испуганным взглядом, вцепившись в шаль до побелевших костяшек пальцев.
— Но я ни о чём не просила Эмиля, — шепчет она.
Сердце тревожно бьётся, хотя я и не понимаю причины. Неужели князь соврал? Нет, глупость какая-то, зачем ему это. «Погоди, Лия, не разводи панику на пустом месте», — успокаиваю я себя. Наверно, Луиза солгала и ему, и Катарине.
— Возможно, Луиза хотела от вашего имени помирить братьев, чтобы сделать вам приятно? — с надеждой говорю я.
— Я спрошу у неё ещё раз, — с грустной улыбкой говорит Катарина. — Уверена, это какое-то недоразумение.
