Мне совершенно нечем его удивить, только молодостью и отсутствием опыта, но, похоже, и это уже начинает ему надоедать.
Будет ли у меня такой же мужчина когда-нибудь? Повезет ли мне снова? Не знаю.
— Это больно? — сглатываю. Наверное, тьма позволяет говорить об этом вообще вслух. Не представляю, как спрашивать об этом, видя собеседника.
— Немного, — его горячий шепот прошелся по скуле.
— Я хочу… Попробовать, — прошептала я, не помня себя от страха. — Именно с тобой.
— Помнишь, я говорил тебе, что взрослые люди точно знают, что хотят? Что ты хочешь, Саша? Скажи вслух.
А то вдруг я понимаю тебя неправильно.
Я вспыхнула вся, от корней до самых кончиков. Сказать вслух? Да никогда. Во рту пересохло. Я облизала губы сухим языком и вздрогнула, когда он полностью сорвал с меня штаны, а после поднялся и встал на коленях между моих ног. Моего пульсирующего клитора теперь он коснулся не пальцем.
Провел горячей гладкой головкой, размазывая влагу, пока второй сильнее приподнял мои бедра. Думаю, он очень хотел, чтобы сейчас здесь не было так темно, чтобы наоборот было светло, максимально ярко.
Он изучал меня теперь не руками, вел членом, а после проник в меня. Едва-едва. Только самой головкой.
Ник шумно втянул в себя воздух, а я только задрожала под его руками, когда он вышел.
Его палец снова спустился ниже, и я поняла, что не дышу. Господи, такими темпами я однажды просто задохнусь во время секса.
— Расслабься, — его голос пьянил, как дорогой коньяк.
А палец кружил, дразнил, вызывал страх вперемешку с трепетом.
Я чертова извращенка, наверное, но мне это нравилось. В его руках и с ним я готова была ко всему. Принять все, что он может дать мне. И отдать всю себя взамен.
— Хочу, чтобы ты показал мне… Как это… Когда…
Я не смогла. Так и не смогла сказать вслух, что хочу, чтобы он стал моим первым, в этом смысле.
— Не здесь и не сейчас, — отозвался он.
Я знала, конечно, почему, но есть ли оно у нас? Это «не сейчас», которое разве может быть у нас где-то еще, кроме красной дикой Африки?
Такие вещи не делают в темной палатке на ощупь, если только вы не два голландца, но у них есть смазка, а еще опыт.
Только ослепленный ревностью Одинцов мог поверить в то, что такие кристально-голубые парни могут захотеть увидеть кого-то без члена в своей постели.
Он впился пальцами в мои бедра и погрузился в меня, рывком. Полностью. Заполняя меня, так правильно и сладко, как он один умел. Я выгнулась ему навстречу, скрестила ноги в щиколотках за его талией.
