На каменной дорожке раздаются шаги родителей, поэтому я сдерживаюсь от того, чтобы повысить голос или впиться ногтями в лицо бывшего лучшего друга. Никто и никогда не говорил мне столько обидных слов, сколько он за последние пару минут.
Задев меня локтем, Аслан проходит мимо и направляется к дому. Физической боли нет, но я зачем-то тру руку в месте столкновения и молюсь, чтобы он уехал как можно скорее. Пожалуйста, пусть я завтра проснусь, а Тахаева уже не будет.
— Вечер добрый, — громко приветствует меня отец, поднимаясь по ступеням.
— Что это твои ухажёры сбегают, сверкая пятками, Аль? Пригласила бы в дом, напоила бы чаем. Там и я подтянулся бы…
Я фыркаю.
Знаю я папины разговоры по душам, потому что однажды уже купилась и позвала в гости парня, с которым ходила в кино. Мало того, что папа попросил несчастного перечислить всю родословную, начиная от прапрадедов, так ещё и заставил пить с ним коньяк до потери адекватности. Тест с треском провалился. Я с трудом усадила недоухажёра в такси и больше ни разу с ним никуда не ходила.
Сомневаюсь, что и он хотел.
— Лучше скажи: как надолго здесь Аслан? И по какому поводу?
Дина укоризненно качает головой и заходит в дом следом за сыном, избегая скандала.
— Вспомни-ка, милая, что ты сказала мне, когда я позвонил тебе во время поездки на Мадейру с довольно трагической новостью?
— Что я не могу выслушать тебя сейчас, потому что на ретрите нас учат ограждать себя от всего, что нарушает внутренний баланс, — плавно сбавляю гонор.
— И что, если я позволю впустить в себя негатив, то все усилия пойдут насмарку.
— Во-от, — грозит указательным пальцем отец. — Что там сейчас с твоим внутренним балансом?
Ничего хорошего.
Он разрушен вхлам. И как обрести его заново я пока не знаю.
— Дом Тахаевых сгорел неделю назад, — откашливается отец, становясь серьезным. — Карима увезли в реанимацию в критическом состоянии. Аслан пытался вытащить отца из огня, поэтому тоже получил ожоги, но сегодня его уже выписали. Пока парню негде жить и мы не придумали, что делать дальше — он будет находиться у нас.
Глава 3
* * *— Это мой костюм? — осматриваю Дину, спускающуюся на первый этаж.
На ней светло-голубые брюки и топ. Ткань костюма плотная, но при этом хорошо подчёркивает линию талии и плавные изгибы. Впрочем, на такой фигуре, как у моей мачехи, всё будет смотреться идеально. Она от природы худая и стройная, а соблазнительности образу добавляет сделанная у пластического хирурга грудь.
