Но мне пришлось для этого попахать.
— Госпожа Покровская, нам лучше вернуться, — слышится рядом голос одного из моих «невидимок». Внутренне вздрагиваю, но внешне не подаю виду.
Никто не виноват, что я до сих пор не могу привыкнуть. А как тут привыкнешь, когда они материализуются практически из воздуха?
Киваю и делаю усилие чтобы встать с качели.
— Давайте я, — предлагает охранник, и я с некоторым сожалением передаю ему дочку.
Мы так и идем до самого дома втроем. И я всю дорогу стараюсь не думать, как выглядели бы наши прогулки, если бы мы хоть раз вышли гулять втроём.
Я, Катя и Демид.
Глава 15-1
Демид
— А это наш самый первый выпуск, хотите посмотреть, мистер Ольшанский? — директриса школы, миссис Флоренс сама любезность. И даже то, что она произносит мое имя на американский манер, не портит впечатление.
Хотя поначалу прием мне был оказан не слишком теплый. Миссис Флоренс заявила, что не дает информации по своим воспитанницам и с горделивым видом собралась уходить.
Хорошо, я подстраховался и ещё до поездки задействовал свою «крышу».
Он связался с британскими коллегами и попросил помочь решить мой вопрос.
По прилету в Лондон мне выдали телефон и предупредили, чтобы звонил только в случае необходимости. Это был как раз тот случай, и я позвонил.
Хорошо поставленный голос попросил дать трубку миссис Флоренс, что он сказал ей, не знаю, но она вот уже скоро час как пытается мне способствовать. Даже чай предложила. И разговор идет не в пример живее и содержательнее.
— Меня интересует вот эта женщина, — выкладываю перед Флоренс фотографии по одной, будто мы с ней в карты играем, и я на раздаче. — Это другие фото с мероприятия, чтобы вам легче было ориентироваться.
— А что тут ориентироваться? — миссис Флоренс поправляет очки и подносит фото ближе к глазам. — Я прекрасно помню, что это за праздник. Рождественский благотворительный бал. Мы такой проводим каждый год вместе с Рождественской ярмаркой.
Она тянется к альбому на стеллаже, и я еле сдерживаюсь, чтобы не выхватить его из ее рук.
Как же все медленно, боги, где набраться этой выдержки...
— Давайте помогу, — альбом все же оказывается у меня в руках. На обложке наклейка, на которой написан год и мероприятие.
Рождественский благотворительный бал. Открываю альбом, руки при этом предательски подрагивают.
Хоть бы Флоренс не увидела, решит ещё, что я неврастеник. Или алкаш.
Переворачиваю страницу за страницей. Ноль. Ничего. Неужели я зря приехал...
