Во-первых, эта женщина очень молодая. Рут нам говорила, но одно дело слышать, другое видеть. Она отобрала те наброски, где совсем девчонка получилась.
— Что их могло связывать с Винченцо?
— А может не с Винченцо, Демид Александрович? Может это папаша сыну зад прикрывал?
— Тут все что хочешь может быть, Андрей, — говорю ворчливо и достаю телефон.
Захожу в почту, открываю вложение. И вздрагиваю.
Среди безликих повторяющихся рисунков выделяется один. Даже непохоже, что его создал искусственный интеллект, настолько живыми получились глаза.
Боль, страх потери, отрешенность — в них столько всего, что я не выдерживаю. Закрываю вложение, отбрасываю телефон.
— Продолжайте работать, — говорю Андрею, — пришлете окончательный результат.
— Она такая сложная, — качает головой Андрюха. Не жалуется, просто констатирует факт. — Мы ж её еле укатали. Сначала ни в какую. Говорит, что плохо запоминает лица, особенно взрослые. Поэтому особо в них не всматривается. Ее сам эксперимент заинтересовал, так что считайте, нам повезло.
Рут ещё говорила, что такие дети не выживают. Вот откуда такая тоска в глазах. Видимо, правильно были составлены промты.
— Скажи, чтобы пробили этого Моретти, — отдаю распоряжение. Надо понимать, с кем буду иметь дело.
В машине так хотелось спать, а приезжаем в отель, сон как рукой сносит. Уже начинаю жалеть, что не остался у Феликса. Забил бы на все и пошел искать Арину, а теперь лежу и в темноте разглядываю потолок. Пиздец как увлекательно.
Не замечаю как засыпаю, сон неглубокий, рваный.
Снится какая-то херотень. То я за кем-то гонюсь, то за мной кто-то гонится.
Просыпаюсь поздно в состоянии легкого бодуна. Странно, вроде много и не пил.
Уже выходя из душа, слышу как стучат в дверь. Перебрасываю на плечо полотенце, натягиваю джинсы и иду открывать.
Сказать, что я охуеваю, это ничего не сказать. Потому что на пороге номера стоит Арина.
Глава 28-1
— Привет! — она с тревогой окидывает мой голый торс. — Я тебя разбудила? Прости.
Делает шаг назад, разворачивается в сторону выхода.
— Я хотела поговорить. Подожду в холле
Она сейчас уйдет. Она сама пришла ко мне и уходит, а я стою как долбоеб с полотенцем. Хорошо хоть не в трусах.
— Нет, подожди. Стой! — на автомате стягиваю с плеча полотенце и берусь за края, как будто собираюсь петлей набросить на Арину.
Она смотрит с удивлением, хлопая длинными ресницами. Переводит на меня вопросительный взгляд.
Блядь. Ещё опять надумает какую-то хуйню. Там рукомойник, тут полотенце.
