А я просто не знаю, как ее не спугнуть."
"Мы оба смотрим на полотенце в моих руках, Арина не выдерживает первой. Отворачивается и закрывает рот ладонью, пряча смешок. С облегчением ухмыляюсь, забрасываю обратно полотенце и крепко беру Арину за плечи.
Вздрагивает, но не отшатывается.
— Проходи, — отпускаю, отхожу в сторону, освобождая проход. И добавляю: — Я рад тебя видеть.
Арина опускает голову, чтобы я не заметил, как у неё розовеют щеки. Но я замечаю. Она проходит мимо меня в номер, а я внутренне поражаюсь, как все оказывается проще, если озвучивать то, что чувствуешь.
Я же не просто рад, я пиздец как рад.
Она нерешительно останавливается на пороге комнаты, приходится подтолкнуть.
— Подожди здесь, я сейчас оденусь. Будешь что-то пить?
Арина мотает головой, но я все равно звоню на ресепшен и заказываю себе кофе, а ей чай.
— Откроешь официанту дверь, хорошо?
Она кивает, ухожу в ванную. Набрасываю футболку, оглядываюсь по сторонам, лихорадочно ощупывая краны, всматриваюсь в панель управления.
Всю сознательную жизнь я старался все делать правильно.
Поступать логично. По-умному. Но сейчас я просто не хочу, чтобы она ушла. А она уйдет. Она же поговорить пришла. Я даже знаю, о чем.
Девчонка переживает. Пришла укатывать меня отказаться от сделки, отойти в сторону и дать ей выйти замуж за своего дона Корлеоне. И когда я откажусь, посверкает блестящими темными глазищами и уйдет. Перед уходом скажет, что я упрямый баран или что-то в этом роде.
Но меня так не устраивает.
Я хочу, чтобы она осталась.
И я не разучился обращаться с женщинами. Будь она левой телкой, я бы даже не парился.
Но она не левая. Это моя девочка, которую я переломал через колено и бросил. И пусть я сдохну, если понимаю, как с ней надо правильно.
Поэтому секс это последнее, что я могу ждать. Но я могу просто сделать так, чтобы она осталась.
Кто-то со стороны сказал бы, что я сейчас действую как последний долбоеб. Неправильно, нелогично, что теряю лицо и прочий умный бред.
Только мне нужен результат. На остальное похуй.
С силой давлю на кран над раковиной, выворачиваю в обратную сторону, и он начинает прокручиваться.
Настраиваю панель на режим душа и разворачиваю лейку наружу.
Беру с полки бритву и провожу по щеке. Я знаю, где обычно больше всего крови от ерундового пореза. Громко матерюсь, зажимаю порез салфеткой и выхожу из ванной.
— Что, Демид? — Арина поднимается с кресла. Чай и кофе уже принесли, это хорошо.
— Помоги, Арин. Там пластырь в ящике, достань пожалуйста.
