Я не в силах отпустить ее душу на небо, поэтому что от этого мои страдания умножатся, – с горечью ответил Лесной царь. – Ее душа пожелала жить в этом саду. Потому круглый год для моей дочери он цветет и благоухает. Она так любит цветы, особенно розы.
После этих слов мне стало окончательно не по себе. Я вдруг всем сердцем почувствовала всю трагедию и боль Лесного царя от потери единственного любимого ребенка."
"– Но ты с лихвой отплатил нашему роду за причиненное зло, – недовольно ответил Григорий. – В нашем роду выживает лишь один.
И сотни лет длится твое проклятье.
– Это плата за ваши богатства, Григорий. Чтобы вы помнили, какой ценой они вам достались, – вымолвил глухо Лесной царь. – Но это проклятье вершат сами люди. Я лишь подсказываю им пути для обогащения. Например, возможность отравить кого или застрелить на дуэли. Чтобы потом добраться до ваших денег.
– Что? – произнес ошарашенно Григорий. – Так ты вершишь свое проклятие руками людей?
– Да, сын рода Шереметьевых. Я только показываю человеку, который хочет обогатиться, лазейку или путь достижения цели.
Устранить с дороги кого-то из вашего рода, одного из двух или трех сыновей. Но человек сам выбирает, творить зло или нет.
– Ужас какой, – пролепетала я.
Я поняла, что на протяжении двухсот с лишним лет Лесной царь искал тех, кто готов был ради богатства расправляться со всеми отпрысками Шереметьевых, кроме одного. Именно так Лесной царь вершил свое проклятье рода Шереметьевых.
– Так ты и есть самое настоящее зло! – в ярости вскричал Григорий, также все это поняв.
– И мой отец перед смертью сказал мне правду? Ты подстрекал людей на убийство, чтобы мстить нашему роду за смерть дочери? Ты и есть демон, творивший чужими руками убийства!
– Григорий! – воскликнула Мария Николаевна. – Ты говоришь с Лесным царем!
– Не переживай, моя нимфа, – обратился Лесной царь к жене, ласково погладив ее по руке. – Я понимаю гнев твоего сына. Но знай, Григорий, я не вынуждал людей творить зло. Выбор они делали сами, по собственной воле.
Я говорил с Мясниковым, и он пошел на убийство. Твои же братья, Кобылины, Сергей и Андрей, выслушав меня и мои доводы, отказались вершить зло. Так и заявили, что лучше останутся до конца жизни бедными, чем совершат черное дело. И это был их выбор.
Я внимательно слушала напряженный разговор мужчин и пыталась понять доводы и мужа, и Лесного царя. И встать на их место. Не хотела судить никого. Но логика и действия Лесного царя мне становились более-менее понятны.
