Вот и все… Зачем злоумышленнику преступать закон, если можно все обыграть вот так?
Все же получилось? Кирилл ненавидит меня, мы больше не вместе… Другого и не надо. Я обивала пороги его офиса и квартиры, но охрана меня не пускала. Всех предупредили…
– Я не знаю, что тогда случилось. Мне нечего сказать. И я не знаю, кем он был. И кто все это устроил… Я тоже не знаю.
– Не понимаю, почему ты противишься? Я имею право знать, – хмурится Кирилл.
– Меня опоили, ясно? Написали записку с приглашением в отель. Твоим почерком и твоими словами… Я ехала к тебе на свидание.
– Я… Я не приглашал тебя тогда."
"– А я поехала к тебе… Кирилл, ты тогда не позволил мне объясниться. Сейчас я не хочу все это ворошить – слишком больно… И незачем. Это не вернет чувства. Уважение, доверие… Ты легко вычеркнул меня из своей жизни. Стер, словно налипшую к ботинкам грязь. Давай будем жить ради Егорушки. Попробуем сделать наши отношения… приемлемыми. Вежливые соседи – так это называется?
В его глазах загорается изумление. А во мне злость бушует.
Не настолько я великодушна, чтобы прощать за сказанное «прости». Он забыл обо мне почти сразу… Знаете, что было для меня кошмаром? Что другая девушка узнает, как Кир целуется. Как ласкает, что говорит, какое у него лицо во время пика удовольствия… Что кто-то вместо меня будет осуществлять МОИ мечты. С ним… Радоваться жизни и строить планы… Моя жизнь словно осталась где-то за стеклом. В параллельном мире…
А что сейчас? Я вижу его так близко, что могу пораниться о его пристальный взгляд.
Чувствую тепло тела, вдыхаю запах, от которого сходила с ума. Он рядом. В моей реальности. Но значит ли это, что Кирилл мой? Я сама теперь сомневаюсь, что люблю… После всего, что было… Правильно я назвала наши отношения – вежливые соседи…
– Ты предлагаешь быть вежливыми соседями? – сухо уточняет он.
– Да. Постараться не изводить друг друга.
– И быть учтивыми?
– Да, черт…
– Вежливыми?
– Пять раз уже повторила, Кир. Тебя что-то не устраивает? Или ты предпочитаешь скандалить каждый день? Что тебе самому нужно?
Он молчит… Впрочем, новый Кирилл частенько молчит.
Прячет истинные желания, снова играет в равнодушие. Однако, глаза горят от других чувств… Неужели, правда испытывает сожаление?
– Да, Вика. Я согласен не изводить тебя. И быть приемлемым мужем, – отвечает он. – Как насчет обеда? Ты голодная?
Солнце припекает по-летнему, а белые парочки лебедей плывут по спокойной синеве озера. Пора и нам успокоиться… Хватит уже разговоров.
– Голодная.
– И я.
