Она на тебя всё равно не действует, — наконец выдаёт Гапка наигранно сокрушённым тоном, заставив ошарашенно поперхнуться.
— Конечно. Меня такими мелочами не проймёшь, — фыркаю в ответ, чувствуя, как ещё один камень падает с души. Неужели меня даже принять готовы?
Когда мы подходим, в фургоне уже все готовятся ко сну. Подняв Ляльку в повозку, я укладываю её, куда показывает няня. Пожелав ей спокойной ночи, забираю своё одеяло и снова отправляюсь спать на улице. На этот раз так далеко уходить, как прошлой ночью, не собираюсь, но и рядом со всеми ложиться не хочу по понятным причинам.
— Эй ты! Ромин, кажется? — слышу окрик одного из мужчин, сопровождающих караван.
— Да, хали? — поворачиваюсь к нему и выжидающе смотрю на подходящего ко мне громилу с густой курчавой бородой, в пыльной жупархе.
— Пойдём к нам, что ты всё только возле баб своих трёшься? — хлопнув меня по плечу так, что я едва не приседаю, басит вполне добродушно бородач.
Я, честно говоря, не нахожусь с ответом вот так сразу. И моей заминки мужику вполне хватает, чтобы за то самое ушибленное плечо утащить меня к костру, где уже собралась чисто мужская компания.
Не считая служителей Явара — те по обыкновению сидят отдельно, а сейчас уже и вовсе спят все, кроме парочки часовых. За нашим приближением наблюдают с интересом почти все.
— Асхаб, ты в своём порыве дружелюбия, смотри мальцу руку не выдерни, — хмыкает сухощавый носатый мужчина в синей куфие.
— Обижаешь, Мухир. Я ещё соображаю, что делаю. Да и парнишка не задохлик. Да Ромин? — хохотнув, выдаёт мой конвоир.
"
"— Конечно, хали Асхаб, — с энтузиазмом киваю я, хотя он мне явно льстит. От захвата его лапищи назавтра всё плечо посинеет.
— О, видишь? Толковый мужик растёт. Садись, парень, — меня бесцеремонно водружают на свободное место. Бородач плюхается рядом, и вручает мне кружку с чем-то горячим. Чутьё молчит, я принюхиваюсь. Пахнет алкоголем, специями…
— Что ты нюхаешь? Пей, — хмыкает тот самый носатый.
— Вот ничего ты не понимаешь, Мухир. Без запаха и вкус не тот, — возражает здоровяк, который меня привёл и сам шумно вдыхает пар, идущий от его собсвенной кружки.
Хмыкнув, я согласно киваю и делаю решительный глоток. О-о-о, главное, как девчонка от удовольствия не застонать. Это кто ж такую прелесть приготовил и как она называется? Я с удовольствием перекатываю на языке пряный хмельной напиток.
— Вкусно. Спасибо, — как можно более низким голосом благодарю я, обхватывая кружку обеими руками.
— То-то же, — хмыкает Асхаб.
