– Понятно, – переступая порог, согласилась она.
Они оказались в просторном помещении с голыми стенами и вовсе без окон. Дорогой аппаратуры не было видно. Вообще мало что виднелось: в помещении царил полумрак, в котором неясно вырисовывались очертания неопознаваемых предметов, довольно крупных и неуютно угловатых.
– Осторожно, – попросила Натка сына, опасаясь, что резвый ребенок начнет здесь бег с препятствиями и завалит пару барьеров, сундуков, заборов – что тут у них имеется? Сенька, дай ему волю, завалит все.
– А это точно студия? Похоже на свалку, – простодушно поинтересовался ребенок и потянулся что-то потрогать, но Натка вовремя перехватила его руку.
– Тут у нас выгородки, декорации, аксессуары для съемок, запасные штативы под свет, идите за мной. – Ловко лавируя, Антон провел их между студийными сциллами и харибдами.
Вывернув из-за угрожающе поскрипывающей фанерной конструкции, они оказались в углу, где сходились две однотонные стены – одна голубая, другая светло-серая.
Пол, всюду в помещении голый, цементный, тут был застелен чистой белой бумагой.
– Ну, вот мы и на месте, – обрадовался Антон и вытер вспотевший лоб, как будто совершенный ими переход по захламленным просторам был реально труден и опасен. – Тут уже все готово.
– Я буду сниматься здесь? – Сенька, явно ожидавший чего-то более эпического, забылся и сбросил маску кротости. – В уголочке на бумажке?!
– Бумажка, молодой человек, нужна для того, чтобы во время съемки в полный рост фон вокруг ваших ног был белым, чистым, а не грязным и затоптанным, – объяснил Антон и громко хлопнул в ладоши.
– Мастер, мы пришли!
– Мастер-фломастер, – пробормотал недовольный Сенька.
Натка нашла руку сына и крепко сжала ее.
– Да молчу, молчу, – буркнул он.
Антон шагнул в сторону, чем-то щелкнул, что-то сделало звучное «тыннннь» – и вдруг картина изменилась.
Включились расставленные вокруг пресловутой бумажки мощные фонари на треногах, зажглись лампы под потолком, засияли отраженным светом белые зонтики на штативах.
Бумага на полу сделалась похожа на белый пляжный песок, а серо-голубые стены – на туманные морские дали.
– Ух! – обрадовался Сенька.
– Ну, вот видишь! – сказала ему Натка, будто заранее все знала и была уверена, что беспокоиться не стоит, они действительно попали по назначению – в приличную фотостудию, а не в какой-то подозрительный захламленный сарай.
– Мастер! – снова воззвал Антон.
