Магия его была тонкой, почти неощутимой.
— Теперь эта вещица не разрушится, даже если землю покроет пламя демонов и выжжет ее всю, — объявил он, возвращая медальон Шейду.
— Чары вечности? — удивился я. — Зачем такие сложности?
— А чтобы что-то от нас все равно осталось, — усмехнулся Аркариус. — На память потомкам.
Я тогда рассмеялся и сказал:
— Не допущу такого. Демоны не сожгут нашу землю, пока я жив.
И ведь не допустил…
Убрав медальон в карман, я вернулся к зданию, где ждала моя группа. Голдльюис встретил меня у входа, его внимательный взгляд скользнул по моему лицу, отмечая детали.
— Все в порядке? — спросил он.
— Теперь да, — ответил я.
Снайпер кивнул, не задавая лишних вопросов. Хороший человек — понимал, когда не стоит лезть в чужие дела.
Зара все еще сидела в углу, но ее состояние заметно ухудшилось. Красные узоры теперь покрывали обе руки до плеч, а пламя вырывалось не только из пальцев, но и из трещин на коже.
— Нужно продолжать путь, — объявил я. — Ты как, справишься?
Девушка с трудом поднялась на ноги и кивнула.
Двое B-ранговых Охотников выглядели обеспокоенными.
Мы покинули убежище и двинулись дальше по разрушенным улицам древнего города. Храм уже виднелся впереди — огромное сооружение, возвышающееся над всеми остальными зданиями как каменная гора.
— Знаешь, — сказал Голдльюис, поравнявшись со мной, — с таким компаньоном, прикрывающим тыл от всяких… неожиданностей, я мог бы стрелять куда точнее.
В его голосе не было прямого вопроса, но намек был более чем очевиден.
Он понял, зачем я отходил от группы, и что произошло с нашим преследователем.
— У тебя зоркий глаз, Диккенс, — ответил я с легкой усмешкой.
— Профессиональная привычка, — пожал плечами снайпер. — Хороший стрелок должен видеть все, что происходит вокруг.
Мы больше не говорили на эту тему, но взаимопонимание было достигнуто. Голдльюис не станет задавать неудобных вопросов, а я буду знать, что рядом есть человек, которому можно доверить спину в бою.
* * *Леон Монтильяр шел через развалины древнего города, оставляя за собой кровавый след.
Его доспехи были изорваны когтями монстров, левая рука висела безжизненно, а из глубокой раны на боку сочилась кровь.
После того как гигантская каменная стена разделила экспедицию, он оказался совершенно один. Судьба распорядилась так, что именно его отбросило на тот маршрут, которым изначально должна была идти вся группа к центральному храму. И он добрался первым — но какой ценой.
Монстры атаковали его непрерывно.
