Видит она, понимаете ли…
Диана тяжело вздохнула и отошла от нее. Остановилась возле окна, обняв себя за плечи. Снаружи садилось солнце, небо окрасилось в ярко-оранжевый, почти как волосы невесты — завтра ожидалась жара.
— И вижу, как он на вас смотрит, и как вы смотрите на него. Я как кость в горле у вас обоих, — тихо добавила камеристка, и Ди пришлось снова к ней повернуться.
— Ты тут ни при чем, — сказала твердо. — Лучше скажи, горничные больше не тренируют на тебе свое остроумие?
Жнеда покачала головой, теперь смотря прямо перед собой.
— Марко вам сказал, да? Мне так стыдно, что я им поверила.
Диана усмехнулась.
— Ну, от дурости никто не застрахован.
Ей ли не знать?
Помолчали.
Диана снова повернулась к окну. Даже странно и невозможно поверить, что это ее последний закат в Сливде...
— Успокаивайся, переодевайся и иди отсыпайся, — сказала она, не оборачиваясь и не в силах оторвать взгляд от оранжевого неба. — Завтра будет тяжелый день.
Во всяком случае, для них троих. Старуха-то явно будет в восторге.
За спиной зашуршала ткань.
— Вы правда на меня не сердитесь? — тихонько спросила Жнеда.
Диана покачала головой, не особо заботясь, видит ли та ее жест.
— Правда.
— Миледи, поверьте, если бы я только могла...
— Иди отдыхать, Жнеда.
И камеристка понятливо прикусила язык.
***
Переодеваться на ночь Диана не стала. Вернее, переоделась, конечно, но не в ночную сорочку, а в чистые рубашку и брюки.
Последняя ночь в Сливде. Только бы вышло!
Вчера, когда она убеждала Марко, что ее план сработает, ей самой было не занимать в этом уверенности.
Теперь же пришли сомнения.
Воспользуется ли убийца последним шансом, или победит осторожность? Охраняемая усадьба — это вам не деревня с отдельными хозяйствами. Может, и не решиться."
"А если это таки нежить с кладбища и они ошиблись в своих предположениях, то ждать ночных гостей и вовсе не стоит.
Но ведь и гильдеец Берт ничего не нашел, и те, кто приезжал до него, и сама Диана. А еще перья. Да кой черт она прицепилась к этим перьям, с другой стороны?.
.
Тряхнув волосами, отбрасывая от себя заодно и упаднические мысли, Ди решительно шагнула к окну и распахнула створку настежь. В помещение ворвался прохладный ночной воздух, раздул пузырем тюль.
Она не спеша расставила магические «сигналки» на подступах к окну и на подоконнике и отошла. Ну вот и все, пятьдесят на пятьдесят: или придет, или нет.
И, словно в ответ на ее мысли, кто-то сразу же пришел.
