Вот только явно не тот, кого она ждала, — в дверь тихонько постучали.
— Что ты тут делаешь? — строго спросила Диана, открыв и обнаружив за своим порогом Марко.
Он изогнул бровь.
— А ты думала, я дам добро Глашире натравить на тебя маньяка и пойду со спокойной совестью спать? — поинтересовался язвительно. И, нагло оттеснив ее плечом, вошел в комнату.
Диана прикусила губу, давя в себе улыбку, и, на всякий случай выглянув в коридор в поисках наблюдателей тетки (никого не увидела), закрыла дверь изнутри.
Глава 26
— Думаешь, он придет? — тихо спросила Диана.
Она лежала под одеялом, лицом к окну. Ложиться до ужаса не хотелось, но и рисковать тем, что в случае появления убийцы не успеет добежать до кровати и притвориться спящей, было бы глупо.
— Уже «он»? Ты же думала, это «она», — так же негромко откликнулся Марко.
Сам он устроился прямо на полу, за боковиной шкафа, так, чтобы его нельзя было заметить, если заглядывать в комнату из окна — несмотря на то что лампу они выключили, в помещении все равно стояла не полная темнота благодаря лунному свету снаружи.
— Ты сам убедил меня, что вряд ли это «она».
— Но у «нее» было бы больше логичных мотивов. Помешанного на Себастиане мужика мне сложно представить.
Ди прыснула и тут же накрыла рот одеялом. Не шуметь, самое главное — не шуметь.
— Но лучше бы это была нежить, — помолчав, сказал Марко.
— Потому что иначе это кто-то знакомый?
Он хмыкнул и, она даже не сомневалась, поморщился.
— А ты как думаешь?
Поразительно, Ди умудрилась к нему так привыкнуть за небольшой, в общем-то, срок, что могла, не видя, угадать его мимику, ориентируясь только по интонации.
— Жнеда думает, что ты ее ненавидишь, — прошептала Диана, неожиданно для самой себя меняя тему.
Наверное, мудро было бы замолчать и прислушиваться, не крадется ли кто-то снаружи. Но, во-первых, она боялась в таком случае уснуть. А во-вторых, ей чертовски нравилось с ним разговаривать — неважно о чем.
— Я — ее? — ожидаемо удивился Марко. — За что?
Ди пожала плечом.
— Говорит, смотришь с ненавистью.
— Пф-ф.
— И я ей так сказала. Придумывает от страха. Но, говорит, замечает, что на меня ты смотришь иначе.
— Мне, может, глаза еще завязать?
Диана улыбнулась.
— Тогда она решит, что это для того, чтобы ее не видеть.
Он помолчал. Потом серьезно спросил:
— Она всегда такая мнительная?
Ди задумалась и не менее серьезно ответила:
— Я не знаю. — Много ли она прежде с ней общалась? Хорошо хоть, имя запомнила и от других отличала.
