– А кто знает?
Пленник не торопился ответить, долго раздумывал, и эти раздумья капитану не понравились.
– Труба по тебе скучать начинает, быстрее соображай!
– Урзай с ним договаривался. Наверное, Урзай лучше всех знал его планы. Он нами всеми командовал.
– Где Урзай?
– Его завалило камнями. На базе. Как только обстрел начался…
– Ты уверен?
– Я сам видел. Его первого завалило. Сразу придавило, когда потолок провалился.
– На какой машине Урзай ездил? – решил внести свою лепту в допрос и майор Коваленко. – В последнее время.
На какой?
– «Семерка». Голубая такая, светлая…
– Где он жил?
– А Махачкале.
– Сосед Борзова? – спросил Григорий Владимирович.
– В другом подъезде.
Капитан с майором переглянулись. Случайный вроде бы вопрос капитана попал в цель. Светло-голубая «семерка» стояла у крайнего подъезда дома профессора Идрисова. Это видели и капитан Шереметев, и старший прапорщик Николай, о чем Шереметев и сообщал майору Коваленко."
"– Ладно. Тела сейчас откапывают. Завтра уже ясно будет, кого завалило.
А что «костяная нога»? Он так в последнее время и жил у эмира? Он что, ближе к Борзову, чем Урзай? Учти сразу, что слова твои мы можем проверить. «Костяная нога», или как там его зовут, я запамятовал, у нас. Как, кстати, его зовут?
– Азар, что ли? С гипсом?
– Да.
– Азар Абусаидов.
Капитан посмотрел в свой блокнот, где еще на перевале сделал запись, и кивнул головой:
– Правильно. Азар Мухамматович Абусаидов. Так что, где он проживал?
– У Исмаила Эльбрусовича. Азар от жены ушел.
Дерется она у него сильно. Он не вытерпел и ушел. Исмаил Эльбрусович временно его приютил у себя.
– А что, у Борзова у самого жены нет? Почему его квартира пустует?
– Она же в Англии живет.
– Англичанка?
– Нет, она из татов[21]. Иудейка.
– А почему она не хочет здесь жить?
– Она – голова. Ей в английском доме думается лучше. У эмира хорошая квартира в самом центре Лондона. Там она и живет.
– Да, на улице Пикадилли, – показал свое знание капитан Шереметев.
Но это говорило не о хвастовстве Григория Владимировича, а являлось показателем осведомленности офицера, предупреждавшего пленника, что и без его слов известно уже многое, и нечестные ответы на вопросы офицеров могут снова поднять «на трубу», которая дамокловым мечом висела над головой пленника.
– А что такое – голова? Я не понял точно, объясни, – потребовал майор Коваленко.
– Она думает и решает, а Исмаил Эльбрусович делает. Она статьи всякие пишет. Головой, одним словом, работает.
