— А-а! — завизжала вдруг Злата.
— Ты что орешь? — я с перепугу чуть фонарь не уронил.
Подскочил к девушке и зажал ей ладонью рот:
— Что случилось?
— Там крыса! — пробубнила девушка сквозь мою ладонь, тыча пальцем прямо перед собой.
В паре метров от нас на куске бетона, будто на троне, восседал «крысиный король». Таких огромных крысюков я еще не видел. Гораздо крупнее кошки. Глазки-бусинки немигающе уставились на нас. Усы подрагивают. Из открытой пасти торчат желтые резцы, размером почти с мизинец.
— Сгинь, падла! — замахнулся я сапогом, но крысюк неожиданно ринулся в атаку.
Злата снова взвизгнула и спряталась за мою спину. Грызун попытался вцепиться в мою голую ногу, будто сразу понял, что она не защищена. Умный гад!
Я огрел его сапогом. От удара тот отлетел в сторону, словно футбольный мячик. Прокатился по обломкам кирпичей и встал на лапы, ощерился и злобно пискнул. Я швырнул в него сапог. Крысюк увернулся и скрылся из виду.
— Я боюсь, Саша, — запричитала Злата, — тут крысы.
Я их с детства боюсь…
— Это всего лишь грызуны, — успокаивал я ее, натягивая сапог.
— Скорее! — торопил нас цыган.
Он уже успел уйти вперед и призывно махал рукой. Мы догнали его.
— Вы чего так орете? — шикнул на нас Рубин. — Крыс раньше не видели?
— Таких — нет, — пробормотала Злата, прижавшись ко мне.
Я с трудом отлепил ее от своего тела и поволок дальше в глубину катакомб, как вдруг где-то под потолком темноту резанули лучи фонарей.
Один из них через пролом нырнул вглубь и вычертил в темноте фигуру Златы.
Твою мать! Патруль услышал-таки ее крик.
— Хальт! — раздался сверху окрик.
Я рванул девушку за руку увлекая ее вглубь «пещеры»."
"Вовремя. Сверху застрекотал автомат. Пули били искрами по плите, где мы только что стояли. По ногам хлестнули осколки бетонной крошки. Злата снова вскрикнула. Я спешно утянул ее в темноту, подальше от фашистского фонаря.
Мы бежали по подземелью, спотыкались, падали, вставали и снова бежали. Сзади слышалась возня.
Бух! Кто-то тяжелый уже спрыгнул вниз. Черт! Из оружия у меня один нож. Все трофеи по моему приказу захомячил Кузьма. Ведь в городе ствол опасно носить.
— Сюда! — из темноты вынырнул Рубин и дернул меня за рукав.
На моем плече висит перепуганная Злата. Мне и самому впереди мерещатся крысы, фашисты и прочая нечисть.
Мы свернули в узкий тоннель с развороченными трубами. Пригнулись и чуть ли не на четвереньках карабкались куда-то за Рубином.
