— Жестокая Вы женщина, Викуленька Яковлевна, — горестно вздохнул Степан, — Ой, жестокаяяя! Разбиваете мне сердце!"
"— Я тебе сейчас кое-чего другое расхерачу, — вкрадчиво произнес Федор, стоя за спиной Вики и спрятав руки в карманы брюк. Парень смотрел на бабочку админа, по которой секунду назад порхали юркие пальчики его колючки. И почему-то Федору очень-очень захотелось затянуть эту бабочку лично. Да так, чтобы этот самый Степан перестал сверкать белозубой улыбкой. Навсегда.
— Федь, перестань, — строго проговорила Вика, и уже обратилась к Степану, — Беги, козлик, работай, иначе тебе мой грозный кудрявый мальчик открутит твою болталку напрочь.
— Викуленька Яковлевна, — горестно вздохнул Степан, которого чувство самосохранение покинуло в эту минуту, — Как Вам не стыдно изменять мне с рыжими великанами?
— Охренеть не встать! — рявкнул Федор, и ломанулся в сторону наглого админа.
— Федь, Феденька, — торопливо заговорила Вика, заметив, что японцы на подходе, и преградила парню дорогу, останавливая его, чтобы он не смог добраться до Степки, вздумавшего по-идиотски пошутить, — Он шутит.
Степан у нас так шутит.
Вика схватила своими ручками лацканы пиджака богатыря и постаралась притянуть к себе.
— Спокойно, Феденька, не бузи, — уговаривала Вика, красноречиво сверкая на Степку взглядом, мол, вот идиот, чего встал, сваливать пора!
— Да я легонько, — «утешил» Федя, не спуская с парня многообещающего взгляда.
— Федь, — вздохнула Вика, — Если ты его сейчас помнешь, то мне придется торчать здесь всю его смену вместо него.
А я хочу к тебе. Домой к тебе хочу. Понял? Отдохнуть хочу. Этот день какой-то нескончаемый, млять.
Федор хмуро кивнул, рваться в сторону Степана перестал, а руками обнял Викторию и прижал к своему боку.
— Чтоб не видел больше, — хмуро предупредил Федя админа, и добавил, — В следующий раз, я ему эту бабочку запихаю в…
— Он сам ее сожрет, — торопливо перебила Вика, — Если она у него еще раз съедет. Да, Степа?
— Так точно, Вику… Виктория Яковлевна! — отчитался парень и направился к иностранным гостям.
Виктория задержалась около теперь уже партнеров Федора, мило пощебетала о чем-то, указывая на Степана, переводчика и в сторону распахнутых дверей в ярко-освещенный зал, и утащила самого Федора в противоположном направлении.
— Кудыть? — не понял Никита, расплываясь в широченной улыбке. Он, конечно, радовался такому повороту событий, при которых и контракт в руках и друг при девушке, но как-то задолбали его иностранцы.
