Парня? Или кого? Мужчины? Лю…Любимого?
Виктория застыла на крыльце клуба, напрочь огорошенная своими мыслями-размышлениями. Нет, Федор, несомненно, ей нравился. Сильно нравился. Но любить? Спустя сутки? Такое возможно вообще? Нужно ведь, кажется, узнать человека лучше. А за сутки, что она там могла узнать? То, что он живет моторами? Любит в них копошиться и ремонтировать? То, что он легко подмечает и запоминает мелочи, взять, к примеру, ее любимое блюдо? Или какао? То, что он спросонья болтает абсолютно чисто и до жути смешно ругается? То, что матом крыть он умеет не просто двумя словами? То, что он до неприличия щедрый? И нежный? И ласковый? И сильный? Вспыльчивый немного? И обижается смешно? То, что не станет замалчивать проблемы, и поговорит о них? И глаза у него необычного синего оттенка? А волосы медными кудряшками? И еще он волосатый весь, будто медведь? Милый такой медведь.
«Даа, Виктория Яковлевна, ты основательно втюхалась» — поздравила себя Вика и, запрокинув голову, посмотрела на профиль своего рыжего парня.
А Федька, словно почувствовал, узнал, что твориться в ее голове, сжал крепче ее ладошку в своей и коротко поцеловал костяшки пальцев. Однако Вика не готова была к признаниям, ох, как не готова и положение спас администратор, которого Виктория знала уже лет сто.
Степка раньше начинал официантом, а потом дорос и до старшего администратора ресторана, который отчет держал только перед директором. Степка был высок, статен, не страдал от вредных привычек.
В общем, был золотым человеком. За исключением одного «но». Степан был тем еще бабником. Но, что немаловажно, на работе держал себя в руках и романов с сотрудниками не крутил. За что Виктория Яковлевна его особенно уважала. В противном бы случае пришлось бы ей все рабочее время, когда Вика появлялась в Пятигорье, тратить на утешение обиженных и брошенных.
— Викуленька Яковлевна! — радостно встретил Степка дочь грозного босса, — Как мы очень сильно, просто нереально сильно, рады любоваться вами во внерабочее время!
— Степан, — Виктория улыбнулась и автоматически поправила немного сдвинувшуюся бабочку на шее парня.
Все в Степане было идеальным, но почему-то бабочка постоянно съезжала, — Встречай гостей. Видишь, народ голоден.
Виктория кивнула на гостей, скрывшихся в гардеробной.
— Викуленька Яковлевна, любой Ваш каприз, любой каприз, — никак не унимался Степка.
— Степ, — рассмеялась Вика, — Закрывай лавочку. Веди гостей в зал.
