«И все», — сказал княжич, поднял руку в белой меховой рукавичке, дунул на ладонь и засмеялся.
И от этого жеста и смеха Прокуя Перятыча будто морозом пробрало, хотя под его богатую шубу из серебристой лисы никакой холод проникнуть точно не мог.
* * *"
"Первым делом они освободили Радилу с сыном. Освобождал, понятно, наместник, но Сергей стоял рядом, и Радила все понял правильно. Так что поблагодарил обоих, а Сергея пригласил в гости. Вернее, пожить, пока тот в Новгороде. Сергей, как и в случае с Перятычем, вежливо отказался.
Но пообещал непременно зайти в гости.
Сыну Радилы, кстати, вернули перстень, что тот принял как должное. Молодой, наивный. Скорее всего, не понял, что его из-за этого перстня могли на ту сторону Кромки отправить. Ну ничего, папаша прояснит.
Из Детинца поехали на Прибыслово подворье. Когда-то здесь жил Прибыслов старший брат, неревский соцкий Своежир, который к Сергею отнесся без должного уважения. Убить захотел. На этом история Своежира и закончилась. Младший брат предпочел договориться.
Впрочем, выбора у него не было. Либо по миру пойти, либо пойти под Сергея. Оба оказались в плюсе. Сергей получил отличную базу в Новгороде, а Прибысл — деньги и интересную работу. Торговые планы у Сергея были серьезные, связи обширные, и Прибысл вписался в процесс со всем пылом потомственного новгородского купчины. И теперь не с хлеба на квас перебивался, а хозяйничал на братнем подворье. Хорошее такое подворье, просторное. С многими строениями, жилыми и хозяйственными. Одна только конюшня на тридцать голов, а людей можно разместить до трех сотен.
Дружинников у Сергея было значительно меньше, а вот лошадок — существенно больше, чем три десятка, так что на подворье оставили лучших, а остальных разместили за стенами. Там у Сергея имелась большая конюшня с выгулом. Ну не совсем у него, у партнеров. Весной, как дороги подсохнут, хузары, партнеры Сергея, погонят сюда лошадок с юга. На неприхотливых степных коней в Новгороде хороший спрос и платят втрое, а то и вчетверо от киевского рынка.
Разместились. Пообедали всей дружиной в большом доме, Сергей выдал своим финансовое поощрение: тем, кто с ним в засаду ходил, — по гривне, остальным — эквивалент десяти дирхемов. И — выходной. До завтрашнего утра всем, кто не задействован в карауле, наслаждаться жизнью и свободой. Отдельно — напутствие: железом горожан не трогать, заведения не громить. По мордасам бить можно, но если кого добры молодцы убьют или покалечат, то вира — из собственных средств.
