А тут за вечер уже десятый раз.
Она тоже скользит по мне глазами. Рассматривает мое лицо, мою шею, мои руки. Порой мне кажется, что она не дышит.
Интересно, о чем думает Кристина, когда смотрит на меня?
После ужина Оля тащит меня в мою комнату. Я совсем не рад этому, потому что теперь мне придется оторвать глаза от Кристины. А я не могу не смотреть на нее.
Невеста все-таки уводит меня наверх. Я беспомощно опускаюсь на кровать и закрываю глаза. В голове миллион сумбурных мыслей. Одна перебивает другую.
Почему ей никто не сказал об аварии? А если бы она знала, то позвонила бы мне хоть раз? А она помнит нашу детскую встречу? А я ее тогда помнил? А если она помнит, почему ненавидела меня, как все говорят? Почему тихая, кроткая девочка из лагеря превратилась в холодную стерву и хищную суку?
А вообще — стерва и сука ли она??? Мне вот сейчас так не показалось.
Она первая меня обняла при встрече. Она наехала на родителей за то, что они ей ничего обо мне не сказали. Она так же жадно на меня смотрела, как я на нее.
Она помнит, что раньше я не пил. Мелочь, а приятно."
"В памяти всплывают ее слова, которые она быстро зашептала, когда обняла меня. «Восемь лет, Максим. Восемь проклятых лет...». Жаль, что я не услышал дальше. Ее запах заполонил не только мои легкие, но и мое сознание, и больше я ни о чем не мог думать, кроме него.
Боже, этот запах... Только он меня и спасал все эти годы. Теперь понятно, почему я все время шёл в ее комнату, как одержимый. Я ведь все восемь лет любил ее. Это ее я искал в каждой девушке.
Это от тоски по ней я хотел лезть на стену. Это по ней я грустил даже в самых шумных и веселых компаниях.
Это всегда была она... Только она...
Оля ложится на кровать рядом со мной, кладёт свою голову мне на плечо, начинает целовать мое лицо. Затем она тянется к моим губам. Я ей отвечаю, но мыслями я не с ней. В голове все еще миллион вопросов.
Как так вышло, что моя мать вышла замуж за отца той девочки из лагеря? Разве бывают такие сумасшедшие совпадения? Как я полюбил Кристину? А у нее ко мне были чувства?
Сердце больно сжимается, когда я понимаю, что нет.
.. Что Кристина, скорее всего, никогда меня не любила. Ведь если бы у нее ко мне были чувства, то она бы приезжала, звонила мне независимо от аварии. Ведь для того, чтобы позвонить любимому человеку, не нужно, чтобы он был при смерти, чтобы он терял память. Ему звонят просто так, потому что любят и скучают.
Но Кристина не любила и не скучала. Я был для нее просто сводным братом.
