Неуверенно молчу, не думаю, что готова испытывать к Марку любые формы признательности. Наверное, на такое даже Далай Лама не способен. Во всяком случае сейчас мои эмоции уже далеки от ненависти и обиды, скорее — презрение и равнодушие. И то хорошо. Осталось только вырвать ростки ненависти к Илоне, но не все сразу.
— Еще ничего не закончилось, Лена. Возможно, только начинается. Так что тебе пригодятся силы, береги себя. Как раньше уже не будет.
— Я знаю.
Нажимаю отбой и минутное желание чтобы все вдруг стало «как раньше», накрывает меня бурлящим черным облаком.
Я отчаянно хочу, чтобы ничего не было. Потому что боюсь представить, как теперь все будет.
Встряхиваю головой, отгоняя глупые мысли.
И говорю себе: «Все будет хорошо, я справлюсь!»
34. Это были хорошие десять лет…
Стою под дверями палаты, стараясь унять бешеный стук сердца.
Не могу решиться открыть дверь и зайти."
"Во-первых, страшно от неизвестности. Я знаю, что ничего ужасного с Марком не произошло, но не могу отогнать видение, где он лежит весь в бинтах и крови, а виной этому я.
Во-вторых, я отчаянно волнуюсь — не уверена в адекватности своей реакции, спектр которой простирается от жалостливых рыданий до проклятий.
Уже третий раз берусь за ручку двери вспотевшей ладошкой и отдергиваю ее прочь.
Так, нужно успокоится! Что там говорил Лев про благодарность к Марку?
Как мантру повторяю: «Чтобы ни было, это были хорошие десять лет. У меня осталось двое детей.»
Марк мне нужен живой и здоровый. Пусть у него все будет хорошо, платит алименты и общается с дочками — убеждаю себя в этом, и пытаюсь визуализировать мужа в виде говорящего кошелька на ножках.
Хотя какой из него кошелек, он же все потратил на эту крашенную малолетнюю курицу.
Вспоминаю об этом, меня вновь передергивает. А, если у него Илона? Взгляд падает на соблазнительно приоткрытый процедурный кабинет… Вот бы взять оттуда зеленку, чтобы облить ее смазливое личико и светлые пряди. Илона бы их никогда не отмыла, пришлось бы подстригать. Усмехаюсь, представив эту прекрасную сцену.
А что, красивая месть…
Нет, так нельзя!
«Чтобы ни было, это были хорошие десять лет. У меня осталось двое детей.»
Нам с Марком сейчас нужно вместе решить, как строить дальнейшие отношения и как выкарабкиваться из той задницы, в которую он нас засунул. А для этого нужен холодный разум и здравый смысл.
Решительно поправляю на плечах белый халатик. Делаю глубокий вдох, как водолаз перед погружением, и решительно открываю дверь.
