Дождь усиливался, а люди — торговцы, о которых, кажется, все забыли, — как-то подозрительно отходили к своим телегам, опасаясь, что снова придется под них забираться.
— Дай мне документ, Рьяна, — терпение Айдана трещало по швам. — И следи за тем, что говоришь. Не в том ты положении, чтобы мне угрожать смертью.
— Сначала ты дашь мне свой перстень, чтобы я сверила печати, — не уступала я. — И если они совпадают, дракон, то умрем мы вместе.
— Айдан, — услышав ровный голос генерала Дьярви Вагни, вздрогнула. Я совсем выпустила его с братом из виду, а вот они внимательно слушали меня.
— Фера Рьяна не просто права, а дает нам всем хороший шанс разобраться во всем здесь и сейчас. Третий гонец за такой короткий период — это более чем странно.
— Сначала посмотри, что в действительности в той бумаге, — кажется, рыжеволосый совсем мне не доверял. — Я-то отчетливо помню, что в ней писал. И про «сдать земли без боя» там не было ни слова. И тем более молить меня о чем-либо не просил. Я, девочка, с женщинами не воюю.
Я с ними договариваюсь.
Глава 24
Черноволосый дракон убрал свой меч, выпустив из захвата командира пропавшего отряда, и двинулся ко мне. Расслаблено и спокойно. Разум твердил, что передо мной сильный воин. Генерал армии. Дракон опасный и свирепый. Но я просто стояла с этим клочком бумаги в руках и ждала. Словно друга. Это было так странно, но я действительно не почувствовала подвоха с его стороны. Никакого. Мой зверь был спокоен, как никогда прежде. Кошка разве что не урчала, вот только интересовал ее не черный дракон.
Ох, совсем не он. Шумно выдохнув, я постаралась не замечать реакцию собственного барса.
Остановившись передо мной, Дьярви протянул руку, и я, ехидно поглядывая на рыжеволосого мужчину, показала ему этот проклятый документ. Он не стал забирать его, а просто пристроился рядом и вчитался в строки.
— Хм, — по его лицу скользнула тень, — за такое предложение я бы без разговоров выпустил кишки, а не просто приказал разоружить. Мое уважение, фера, за вашу выдержку.
Достойно! И весьма поучительно для нас. Но скажу я тебе, друг, — обернувшись к Айдану, он странно вскинул голову, — такими красивыми фразами ты отродясь не писал. Помнится, в твоем послании было все донельзя сухо и ровно — предлагаем мир, зовите в гости.
Рыжеволосый генерал раздраженно фыркнул, а моя кошка аж замерла. Кажется, выпусти я ее сейчас, она не сражаться будет, а урчать, катаясь на спине. Ее реакция на Айдана меня начинала откровенно пугать. И раздражать.
