— Ты лжешь! — вскипел ханым.
— Брек, было? — не оборачиваясь, уточнил Айдан.
— Было, — кивнул темный жрец. — И за холку ловил, и от убийц ее заслонял.
— Неважно! Она все равно бастард! — Предводитель бешеных совсем не желал успокаиваться.
— Ну тогда давай решать по-иному, — Айдан сел ровнее. — Выясним, на чьей стороне люди Рьяны. Кто из арендаторов за меня, пусть выйдут и присоединятся к воинам за спиной. Кто за тебя — останется на месте.Генерал и ханым разом взглянули на мнущихся мужчин.
Облизнув нижнюю губу, я замерла.
Очень уж хотелось знать, кто из них мне верен и, вообще, есть ли такие. Что-то мне подсказывало, что на месте останутся все. Но нет. Шестеро из девятнадцати сделали шаг вперед и, кивнув генералу, отправились за его кресло.
Выдохнув, я всматривалась в их лица. Трое молодых, трое уже в годах. Конечно, я знала каждого из них. Не самые богатые семьи. Никогда особенным расположением у меня не пользовались, в отличие от тех нескольких, кто остался стоять.
— Ха! — воскликнул Долон. — Как видишь, никто не чтит тебя, дракон.
Люди на моей стороне.
Но Айдан его не слушал. Он обернулся к коридору, где притаились мы.
— Все, любовь моя, — он развел руками. — И враг наш здесь, и выяснили, кто тебе предан, а кто — подлый предатель, подкармливающий свору, что разоряет твои земли.
Уголки его губ приподнялись, а я поняла, что представление пора заканчивать и это великодушно разрешили сделать мне.
Глава 89
Сделав шаг из тени, ощутила, как ладонь Вегарта сжимается на моем локте. Ясно! Золотой дракон вверил свое сокровище лучшему другу.
И все же знать бы, за что белого генерала назвали Безжалостным.
Мы медленно пошли к креслу фера, на котором все так же вольготно развалившись восседал Айдан. Он, ухмыляясь, внимательно следил за моим приближением. И вроде весел, а в глазах сталь и холод. Дракон не шевелился и даже позы не менял. Но стоило подойти ближе, как он поднялся и, взмахом руки, пригласил меня сесть на свое законное место.
Это был не просто жест любящего и заботливого мужчины.
Так он четко всем обозначил в чьих руках власть и чье слово самое весомое.
Стоило мне оказаться в кресле правителя фьефа, как мой дракон встал по правую руку. За его спиной пристроился Морган. Слева с ледяным выражением на лице остался стоять Вегарт. За ним одноглазый Брек — жрец бога смерти. Таким ни титулы, ни звания не нужны, они сами по себе — великая сила.
Мало что пока понимая в происходящем, я сидела молча и взирала на ханыма. Старик, мягко говоря, опешил.
