А мне в качестве компенсации и последнего прибежища будет очень даже кстати. Заметь, твою щедрость оценят в народе, и никто никогда не скажет, что ты выкинул бедняжку Искру, бездетную, в мороз и снега… без обеспечения…
Я постаралась хрюкнуть вместо всхлипа, но тело Альви было не создано для таких подвигов. Поэтому она как обычно тренькнула.
Император подвис.
— Ты хочешь, чтобы я подарил тебе Лавуаль? — уточнил он, неверяще глядя на меня.
— Да!
— Зачем он тебе?
— Я же сказала: хочу достойно встретить старость… если доживу, — я схватила жирную ножку рукой и вцепилась в нее зубами.
От души рванула зубами, и кусочек мяса отлетел прямо в императора. — Ой, прости…"
"Я схватила жирными руками салфетку и якобы попыталась убрать мясо и жир, но вместо этого еще и опрокинула на него вино. Весь кувшин. Надо отдать должное императорской реакции, он вскочил, и вино пролилось мимо, на стул и на пол, а я приложила испачканные руки к лицу:
— О-ой! Ой!
— Да что с тобой такое? — взревел супруг.
— Я… я неловкая…
— Ты раньше никогда такой не была! И так себя не вела!
— Так я старалась… на публику.
А здесь все равно никого нет, только ты, а у нас скоро развод… то есть извлечение искры…
Его лицо потемнело, так, что, кажется, даже свечи померкли.
— Вздумала со мной играть, Альви⁈ — прорычал он.
И шагнул ко мне. Миг — и я оказалась вздернутой со стула, перекинутой через плечо, а в голове крутилась одна-единственная мысль: «Попадос»! — впрочем, эта мысль скоро ушла. Потому что вместо с головокружительным переворотом ко мне пришла самая что ни на есть настоящая тошнота.
Меня замутило, перед глазами замелькали черные точки.
— Отпустите! — сказала я и постучала кулачками по мощной спине. — Отпустите, меня сейчас стошнит!
Я даже снова назвала его на «вы», случайно, но император не проникся:
— Ну да, разумеется, — выплюнул он, — забыла про хорошие манеры⁈ Так я тебе сейчас напомню! В спальне!
Да что ж у него все на спальне-то сходится?.. Додумать я не успела: желудок сдавило спазмом, и… все его содержимое оказалось аккурат на шикарных брюках и начищенных до блеска ботинках супруга.
Занавес!
15
Ни разу не встречала мужчину, в котором блюющая женщина вызывала желание уединиться с ней в спальне. Император, к моей огромнейшей радости, не стал исключением. Впрочем, когда он перевернул меня в нормальное положение и поставил, мои ноги подкосились, и я села на один из диванов.
Чтобы узреть картину маслом.
Хотя в случае с драконом это была картина ужином.
