Ничего…
Арсен привык щелкать людей как переспелые орехи, он слету мог вычислить слабое место каждой человеческой особи, он с полпинка понимал, как подчинить их волю, а здесь впервые чувствовал себя безоружным. И перед кем? Перед девчонкой, едва разменявшей два десятка лет? Арсен сдержал охвативший его гнев, но факт оставался фактом — защиту, которую выставила перед собой Эвангелина, не мог пробить его самый проницательный взгляд.
Ямпольский весь подобрался, впервые за многие годы ему попался такой экземпляр, он бы даже назвал ее достойным соперником, если бы она не была так молода.
— Ты сможешь поехать в Париж, Эва, — повторил Арсен, наклонившись вперед, — если станешь финалисткой конкурса красоты.
— Я? Конкурса красоты? — она вскинулась как ужаленная. — Разве я подхожу?
— Что ты выдумал, Арсен, — забеспокоился Навроцкий, — Эву нельзя на конкурс, у нее проекты, она мой ведущий фотограф.
— Найдешь себе другого.
— Но, — Эва беспомощно оглянулась, — там нужны платья, даже несколько, для конкурсов.
У меня есть, два, только вряд ли они подойдут…
— Встань ровно, — Арсен достал телефон и включил камеру, — какой у тебя рост?
— Метр семьдесят четыре.
— Отлично, — он сделал несколько снимков опешившей Эвы и нажал «отправить».
— Платья будут, — сообщил он, — мой знакомый займется. Он известный кутюрье, ты останешься довольна. Как твоя фамилия? — он взял ручку и посмотрел на Эву.
— Казаринова, — ответила та и облизнула губы. Наверное, пересохли от волнения, и Арсену это тоже понравилось.
— Хорошо, иди, Эва, — кивком головы отпустил ее Ямпольский.
Взял список, дописал внизу от руки: «Эвангелина Казаринова».
— Послушай, Арсен, так нечестно, — запротестовал Навроцкий, — зачем тебе сдалась Эвангелинка? Она же не то, что те шалавы, прости Господи, она хорошая девочка, у нее дочка маленькая. И никого из родных кроме этого козла Бессонова. Оставь ее в покое, пусть работает, а тебе мы подберем…
— Бессонова? Она родственница Бессонова?
Весь облсовет ел у Ямпольского с рук, поэтому проблемой это точно стать не должно.
— Да, он ее двоюродный дядя, но Эва с ними не общается. А родители умерли. Не трогай ее, Арс, прошу тебя!
Арсен даже глаза прикрыл, чтобы не выдать грохочущего внутри фейерверка. Все-таки, Шерхан всегда был везучим гадом, везучим и живучим, и теперь главное было не спугнуть фарт, на этот раз сдавший ему все возможные козыри. У его будущей жены нет родственников, которые могли бы стать проблемой.
