Нужно срочно позвать Аргена! Вдруг это происки его врагов?
Но вместо этого Нериль осталась сидеть.
– И чем же вы можете мне помочь? – прошептала непослушными губами.
Ситуация казалась абсурдной. Но она зажгла в душе измученной женщины лучик надежды.
«Ты ведь хочешь уйти и начать все сначала, подальше от даргов?»
– Хочу, – выдохнула Нериль, обнимая себя еще крепче.
Последний месяц только об этом и думает! С тех пор, как Арген привез в крепость свою шиами. Случайная встреча на приеме у императора оказалась фатальной для всех участников драмы: самой Нериль, коменданта Аргена д’Авенлока и юной Марлен дю Реми.
Озноб усилился, хотя в комнате холоднее не стало.
– Хочу, – повторила она. И с каждым сказанным словом, с каждым звуком, вылетевшим из ее уст, эмоции, которые она так долго сдерживала, захлестывали все сильнее. – Больше всего на свете хочу оказаться как можно дальше отсюда. Забыть Аргена, забыть все, что нас связывает… Не чувствовать этой боли… Но…
«Но ты не хочешь уходить без сына, я правильно понял?»
– Арген никогда не отпустит его, – выдохнула чуть слышно.
– Это безнадежно. Даже если я сумею выбраться с сыном из Дардааса, он все равно найдет нас и вернет.
Она уронила руки на колени.
«Я могу исполнить твое желание, – послышался тихий смешок. – Перенести тебя с ребенком туда, где ни Арген, ни любой другой дракон вас не найдет. Все что нужно, это твое согласие и капелька крови».
Ей хотелось ответить «да», но здравый смысл оказался сильнее эмоций:
– Откуда мне знать, что вы не обманете? Я даже не знаю, кто вы и с какой целью собираетесь мне помогать!
«Возможно, это поможет тебе сделать правильный выбор…»
Отражение в зеркале поплыло и подернулось рябью.
Очертания комнаты поменялись, и Нериль с удивлением поняла, что видит спальню мужа. Ту самую спальню, в которой она провела столько ночей! Только теперь в ней все было иначе.
Суженая Аргена постаралась уничтожить следы своей предшественницы. Даже обивку на стенах сменила. Но кровать осталась прежней. Та самая кровать, на которой Нериль утратила девственность и познала прелести плотской любви.
Сейчас на ней извивались два тела. Одно – женское, хрупкое, с белой кожей, едва прикрытое полупрозрачным шелком сорочки. Второе – мужское, с крепкими мышцами и длинной спиной, по которой рассыпались алые волосы. Оно двигалось медленно и ритмично в полумраке алькова. Свет магических кристаллов, заменявших драконам свечи, сверкал и переливался в рубиновых чешуйках на плечах и лопатках мужчины.
