"
"– Сядь, – приказал ему мордатый. – Сними куртку. Закатай рукав.
Слава выполнял все команды послушно и четко, как автомат. В руке мордатого появился одноразовый шприц.
– Согни руку в локте, – продолжал командовать мордатый, – несколько раз сожми и разожми кулак.
Слава всегда испытывал мистический страх перед наркотиками (не мешавший ему, впрочем, активно участвовать в наркобизнесе). Однако сейчас он был до того морально опустошен и подавлен, что даже перспектива попробовать свой собственный товар не вызвала в нем внутреннего сопротивления.
Он послушно подставил под шприц вздувшуюся вену на локтевом сгибе, и мордатый ловко ввел иглу в это вздутие. Сделав укол, мордатый спрятал куда-то использованный шприц и выжидательно уставился на пленника. Через минуту Слава ощутил подступающее умиротворение: все огорчения и страхи дня показались ему далекими и несущественными, а его собственное положение – вполне безопасным и комфортным. Глаза у него закатились, и он погрузился в странное полузабытье: он чувствовал тряску от езды, слышал реплики бандитов, знал, что его везут домой, но ничто не касалось его сознания, погрузившегося в бездумное блаженство.
Микроавтобус остановился, Слава почти без посторонней помощи вылез на асфальт и с глуповатой улыбкой проплыл в свой подъезд, а затем в сопровождении боевиков поднялся в квартиру. Там ему позволили улечься на диван, а ничего больше ему и не нужно было.
Глава 37. Надо прибрать, пацаны
Пацаны расположились в квартире и стали ждать звонка из Душанбе, а сами между тем связались с Коляном. Тот поостерегся сразу приезжать на квартиру к диспетчеру, пока существовала хотя бы ничтожная вероятность того, что кто-то обратил внимание на возвращение Славы домой в обществе нескольких подозрительных субъектов. Потекли однообразные часы ожидания. Ребятишки быстро выпили все запасы спиртного, которые имелись у Славы дома, со вздохом пришли к выводу: «Хорошо, но мало», однако бежать за добавкой побоялись, поскольку Колян, хорошо знавший своих бойцов, категорически запретил всякие подобные вылазки.
Рекс, умевший играть в преферанс, стал учить остальных «писать пулю». Занимался этим он исключительно от скуки – материального стимула у него не было, ибо Колян запретил в бригаде играть на деньги, справедливо считая, что это разлагает коллектив.
