— И первый же удачный опыт, похоже, стал слишком удачным. Я чертов научный гений.
Он смотрел на меня немигающим взглядом, на губах расцветала сумасшедшая улыбка.
Его руки мелко подрагивали, словно от нетерпения, он то и дело облизывал пересохшие губы.
— Просто скажи, что затеял отец Руслана, и я уйду отсюда.
— А если я не хочу, чтобы ты уходила? — чувственно произнес он, делая шаг ко мне.
«Он действительно спятил…»
Его глаза блестели, как при лихорадке, он приблизился ещё немного.
Чтобы хоть как-то его отвлечь, я снова вытащила кольцо из кармана.
Стоило чуть отвести цепочку от себя, как фокус внимания Барса моментально сместился.
— К тебе приходил Раис Галавиц? Ты знаешь, что с ним?
— Приходил. Хотел, чтобы я вместо него избавился от его сына, — хрипло прошептал мужчина. — Но мне нет смысла лезть в эти разборки.
— И куда он пошел потом?
— Слышал, что он пытался проклясть его чем-то заковыристым, вот только откатом шибануло, так что сейчас он пытается сделать себе бойца, который бы вышел против сына.
— Сделать бойца? Это как?"
"— Факты я тебе рассказал. Выводы из них за отдельную плату. Если хочешь, чтобы я помог, придется перед этим согласиться оставить этот мир.
Он раскинул руки в стороны, совсем как там, на занятии, когда изображал всезнающего гуру.
— Разве тебе не хочется вернуть детям их настоящую мать? — он насмешливо поднял бровь, но то и дело продолжал коситься в сторону кольца.
«Голлум какой-то…» — отметила про себя. От осознания его слабости мне стало не так страшно.
— Представь, каково будет только что родившемуся младенцу, — театрально прошептал Мирослав. Совсем как на занятии, когда давил на жалость, расписывая ученикам последствия их «выбора» по лечению одного из пассажиров. — Он никогда не увидит свою настоящую мать.
— Он и так бы ее не увидел. Люся была всего лишь суррогатной матерью.
— О, так ты не знаешь? — неожиданно развеселился Барс.
Я насторожилась. Предчувствие забило тревогу:
— Не знаю чего?
— Люся была донором яйцеклеток одно время… Святая женщина, — хмыкнул он.
— Для эко была взята одна из ее замороженных клеток.
Когда я, пошатываясь, прошла мимо Мирослава, он не стал больше мне мешать, загораживать путь. Глаза его цепко следили за моей рукой, сжимающей цепочку.
«Еще увяжется…» — отстранённо подумала я и, замахнувшись, постаралась забросить кольцо подальше вглубь комнаты.
Барс подался за ним и в следующую секунду буквально перетек в то место, куда попало кольцо, перехватив его на лету.
