«Может быть, очередные нелегальные тусовки?» Я легла спать внизу, рядом с детьми.
«Если ночью кто-то вернется, я обязательно проснусь».
Но даже к утру Руслан так и не вернулся.
* * *Люда улыбалась и чуть прищуривалась, отчего ее вид был очаровательно хулиганским:
— Почему ты вдруг решил мне все показать?
— Ну тебе вроде было интересно, — он сам с трудом сдержал улыбку. Вдруг в ушах что-то зазвенело, сбивая с мысли, — сама же все время спраши…
Он замолчал на полуслове, разом забывая, что хотел сказать. А говорил ли он вообще что-то?
Мир стремительно начал терять краски.
Рядом кто-то звал его. Он слышал, но внезапно навалившаяся усталость оттеснила все, что было вне его сознания, на второй план.
— Руслан? Эй…
Руслан? Кто это? Кого это зовут?
До его ноздрей долетел чужой запах. Сладкий, манящий, подчиняющий.
— Руслан?
Он утробно зарычал, бросаясь на источник этого дурмана. Вцепился в беззащитное горло. С наслаждением сжал выступившими вмиг когтями. Такая желанная добыча. А в голове навязчиво вертелось: «Убить, разорвать, взять…».
Аромат жертвы дразнил его, он уткнулся носом ей в шею, упиваясь тем, как тот будоражил его инстинкты."
"Что же перед ним такое? «Может быть, не убивать, а?..». Он лизнул свою добычу, давая той знак успокоиться. Но та в ответ затрепыхалась еще больше, пришлось угрожающе зарычать.
Затем он развернул ее спиной, намереваясь распробовать как следовало. Вот только стоило чуть ослабить хватку, как добыча выскользнула из его лап.
Что-то тяжелое полетело в его сторону.
Он успел увернуться, и задело лишь по касательной, но этого хватило, чтобы в ушах снова раздался раздражающий звон.
Руслан потряс ушибленной головой и принялся потирать ее. Сознание постепенно прояснялось.
Он чувствовал себя так, словно только что обернулся волком, пробежал несколько километров, снова стал собой, но ненадолго и лишь за тем, чтобы проделать то же самое с десяток раз, и все без отдыха.
— Что тут? Ты что-то говорила?
На полу валялись бумаги, а Люда выглядела так, словно сама все это время бегала рядом с ним.
Лицо раскраснелось, прическа сбилась, а грудь часто-часто вздымалась.
— Ты только что чуть не придушил меня, придурок! — выпалила она на эмоциях.
— Я… Что? — он оцепенел от ужаса, когда смысл фразы дошел до него.
Вгляделся в ее глаза. В них не было страха, лишь беспокойство за него. Это чуть успокоило. Он не сделал непоправимого.
Пришел Вениамин, начал рассказывать о каких-то проблемах с поставщиками. Но Руслану было не до этого.
