Управляющий поднялся по узкой лестнице на второй этаж к хозяину, скоро вышел и сказал:
— Просят."
"Околоточный, громко топая сапожищами, скрылся за дверью. Пробыл он там тоже недолго. Спустился вниз уже без бумаги, но, вместо того чтобы уйти, остановился у окна.
— Что-то еще? — подскочил почетный гражданин.
Смуглявый, не отвечая, держал в руках часы и смотрел то на них, то на ворота. Вдруг с улицы вошли еще шестеро. Странный надзиратель удовлетворенно кивнул, убрал часы, а вместо них вынул маузер.
— Теперь отпирай кассу.
— Какую кассу? — опешил управляющий.
— Где наличность. Ну, живо! Или свинца в голову подпустить?
Управляющий, артельщик и бухгалтер — все, кто находились в конторе — подняли руки. На их лицах было написано недоумение вперемешку со страхом. На улице хлопнуло несколько выстрелов, потом ввалился страхолюдный детина.
— Я Цецохо! Деньги сюда, бараны! — закричал он.
Грабители споро упаковали наличность в портфель, велели «не чирикать» и ушли. За ними без суеты и спешки удалились остальные налетчики.
Расселись по экипажам — только их и видели. Один держал под мышкой гуся и ухмылялся.
— Сколько грохнули? — спросил Азвестопуло у Якова Бородавкина.
— Двоих.
— Что так мало?
— Ты же сам велел только уголовных. Вот и били, кого в лицо знали. Рабочих не трогали.
— Тогда молодцы, — одобрил есаул. — А мы с Прокопием Власовичем три тыщи присвоили. Гулять сегодня будем. Гуся зажарим.
— Ловко! — восхитился Бородавкин. — А Средний Царь, с ним чего?
— Объясняется.
— С кем? — спросили хором стодесятники.
— Как с кем? С Богом.
Глава 15
Перекур
У Лыкова истек срок командировки. Он попытался продлить ее с кондачка, отправив телеграмму директору департамента. Мол, дело не закончено, можно ли еще пару недель провести в Ростове? Но хитрец Трусевич заподозрил неладное и велел явиться, чтобы обосновать задержку лично. Коллежский советник решил, что так будет даже лучше. Накопились причины скататься в Петербург, да и домой уже хотелось.
Перед отъездом чиновник наведался к временному генерал-губернатору, одновременно и градоначальнику. Зворыкин лучился напускной благожелательностью:
— Ну, Алексей Николаевич, выявили наши недочеты, недостатки и недохватки?
И сам же засмеялся избитой остроте.
— Пока не успел, Иван Николаевич. Надо доложиться начальству и продлить командировку.
— Что, понравилось у нас?
— Ростов — город бойкий, — признал питерец. — Месяц пролетел незаметно.
