Могу лишь пожелать, чтобы вы сумели получить все это в том будущем, которое предстоит выжившим.
Так что я почти доволен тем, что это все наконец для меня заканчивается. С хорошими обезболивающими…
Петр Семенович закашлялся – видно было, что слюна смешивалась с кровью из легких. Несколько красных точек заляпали объектив камеры. Дальше пошел очевидный монтаж, потому что кашлял он лишь одно мгновение, и стекло объектива вновь оказалось чистым.
– …Да, с хорошими обезболивающими даже такая противная смерть не так уж и страшна.
В присланном вместе с записью архиве есть все данные, что вам нужны. Я лишь расскажу суть. Даже то жалкое будущее, что предстоит людям, и вам в том числе, остается под угрозой. Его просто может не быть. Я не знаю, знаком ли кому-то из вас термин «машина судного дня», и у меня не осталось роскоши беседы с вами. Поэтому расскажу. Концепция такой «машины» подразумевает ответный ядерный удар по врагу, уничтожившему страну. Эта идея возникла еще во времена «холодной войны». Говорят, что и у нас, и в Штатах.
Были времена, когда только одни лишь подозрения, что подобная машина есть у врага, останавливали Союз и Штаты от начала войны. Не такой, как была в Рио. Там в войне банд взорвалось лишь пять бомб, но и то – вся южная Америка теперь считайте что радиоактивная пустыня. Нет, я говорю о полномасштабной войне. С запуском всего, что только можно, и сразу. У нас комплекс, включающий в себя машину судного дня, назывался «Периметр», американцы окрестили его «Мертвой рукой». Хотя его задача официально была проще – обеспечить передачу приказа на запуск даже в условиях радиоэлектронного глушения и уничтожения всех основных линий связи.
Потом потеплело, ракет стало поменьше. Но военные никуда не делись. И умные головы в институтах – тоже. В свое время кто-то решил, что «Периметр» слишком ненадежен. У него было два минуса – он не мог, по тем самым слухам, дать команду сам, все равно нужна была рука на кнопке. И, во-вторых, он мог позволить дать команду не тому. Представьте себе сошедшего с ума маршала у кнопки.
Это, конечно, теория, но эти постулаты заставили создать новый вариант."
"Поверьте мне, он создавался из лучших побуждений. Все материалы, что я получил, говорят только об этом. Дальше – уже не слухи, а голая действительность сегодняшнего дня. Вашего настоящего, в котором меня нет, чему я очень рад. Концепции машины судного дня и взаимного гарантированного уничтожения легли в основу нового комплекса, который у нас назвали «Кладезь бездны».
