Глава 24
Ежеминутно смотрю то на наручные часы, то на настенные. Жду не дождусь, когда появится Эмиль. А его все нет и нет.
Вчера я вызвала скорую. И покинули мы парк только после того, как прибыли медики и увезли пьяных избитов уродов. Эмиль не спал всю ночь. Не находил себе места. Я же чувствовала себя виноватой во всей этой истории. Если бы я не захотела прогуляться, всего этого не случилось бы.
Набираю номер Эмиля. Он сбрасывает вызов, и спустя пару минут входная дверь открывается. Я буквально срываюсь с места, направляюсь в коридор.
У Бестужева глаза такие усталые, и сам выглядит паршиво.
— Эмиль, — шепчу, крепко прижимаясь к нему. — Я очень испугалась. Ты где был до сих пор?
— Почему испугалась? — обняв меня в ответ, целует в лоб, а потом опускается к губам. Оставляет короткий поцелуй и снова заглядывает в глаза. — Ты как будто малолетнего ребенка из школы ждала, Арин. Ты чего такая растерянная?
— Не знаю, Эмиль. Я что-то последние пару недель вся на иголках. То наши ссоры, то с тем кретином разговор, то вчерашняя драка.
У меня сил ни на что не осталось, поверь мне. Так хочу спокойной жизни...
— Подожди чуточку. Скоро все будет. Завтра поедем и напишем заявление на увольнение. Байдасаров давно ждет нас. Ему достаточно дать добро, как он все необходимое подготовит. И мы через пару дней приступим к делам в его компании. А сейчас позволь мне принять душ.
— Конечно, — усмехнувшись, я хочу отстраниться, но Эмиль крепко держит меня за талию. Снова целует и только потом отпускает. — Тебе ужин приготовить?
— Голоден как волк.
Так что не откажусь.
Пусть Бестужев улыбается мне, но я не такая дурочка, чтобы не заметить печаль в его глазах. И еще что-то такое, что никак понять не могу. Безысходность? А также некий страх. Он мне что-то не договаривает.
Я решаю не задаваться вопросами. Разогреваю ужин и с нетерпением жду, когда появится мой мужчина. Через двадцать минут мы уже сидим за столом. Честно говоря, мне кусок в горло не лезет. Точно так же и Эмилю. Ковыряется в своей тарелке вилкой.
Задумчивый такой.
— Эмиль, — зову я его, но он никак не реагирует. — Эмиль, — повторяю, сжимая его руку. И только после этого жеста он поднимает на меня глаза, смотрит вопросительно. — Что случилось?
Он жует мясо, не сводит с меня глаз.
— Состояние одного из вчерашних не очень хорошее, — зло усмехается, со звоном кладет вилку на стол.
— В каком смысле? То есть... Черт!"
"От мысли, что Бестужев может оказаться за решеткой, к горлу подкатывает ком.
