— Сначала меня донимает вопросами мужик на Сахалине, потом уже другие, местные дяденьки приходят ко мне на работу, ищут, задают вопросы начальству. А потом они же привозят меня в соседнее здание и три часа, тыча пальцем в ваши фотографии, требуют рассказать все, что слышала и видела. И при этом они просто беседуют со мной. Ты мне это можешь объяснить? Почему я здесь? Какого хрена им от меня надо?
Громов все так же смотрит, но даже не думает отвечать на мои три кучи вопросов.
— Ну тебя в пень. Достали.
Вот даже не ждала внятного ответа, хватаю чемодан, сумку, быстро иду к центральной дороге, там есть шанс просто поймать такси, телефон окончательно сел.
Но не успеваю пройти и несколько метров, как меня подхватывают и запихивают в припаркованный у обочины внедорожник.
— Что ты делаешь? Прекрати! Отпусти меня!
— Крис, ты чего такая буйная? Вот же дикая кошка!
В салоне авто просторно, тепло, играет тихая музыка.
— Лёня, поехали домой, и чемодан этой несносной леди закинь в багажник.
Хотя на хрен нам твои вещи? Будешь голая ходить.
— Я сейчас выйду, и ты не помешаешь мне этого сделать. Возьму свои вещи, уеду к себе домой. И мне плевать на тебя, Шульгина, бриллианты, вашу прачечную и наркоту, вашу херову кучу денег.
Пока водитель выходил, я на весь салон кричала на Громова, он лишь сидел рядом, скалится, нагло разглядывая меня.
— Едем домой, — короткий ответ.
— Я не поняла. Домой? Это к кому домой?
— Ну не к тебе же, твой диван пиздец какой неудобный.
— Мне нравится мой диван.
Лёня, вези меня ко мне домой.
Шофер уже сел за руль, но только посмотрел в зеркало заднего вида, ничего не сказал и тронулся с места.
— Громов, ты вообще слушал, что я тебе говорила? Я не хочу тебя видеть.
— А Артёмку?
— И его тоже не хочу. Я вообще не желаю иметь никаких дел с вами. От вас сплошные неприятности. У меня там чуть приступ не случился.
— Расскажи, — Игорь двигается ближе, смотрит внимательно, сейчас он не шутит и хочет знать, что было.
— Некий майор Рогозин и еще один, он не представился.
— Знаю такого, третий год окучивает нас, как слепой котенок в темной комнате.
— Мне нет никакого дела до ваших аграрных дел.
Громов смеется.
— Сексуальная и с чувством юмора, мечта, а не девушка.
— Зубы не заговаривай.
— А еще дерзкая, трахнуть бы тебя прямо тут, давай отпустим Лёню покурить?
Громов близко, жмусь в дальний угол салона. Бергамот и черная смородина заполняют легкие, мотыльки трепещут крыльями.
