Значит, отношения у них определенно серьезные.
– Ну, в таком случае к лучшему, что она осталась дома.
Очевидно смущенная упоминанием Пилар, мать сделала большой глоток вина из бокала. Она-то прекрасно знала, что именно она была главной причиной того, что Пилар не приехала на похороны.
Челси повернулась ко мне.
– А где вы живете, Грета?
– Я на самом деле живу в Нью-Йорке. Сюда приехала лишь на пару дней.
– Какая, наверное, там интересная жизнь. Мне всегда хотелось побывать в Нью-Йорке. – Она повернулась к Элеку.
– Может быть, мы наведаемся как-нибудь к Грете? У нас будет где остановиться.
Он коротко кивнул, ковыряя что-то вилкой в тарелке – было очевидно, что ему неприятен этот разговор. В какой-то момент я почувствовала на себе его взгляд. Когда я повернулась, чтобы взглянуть на него, то убедилась, что он действительно на меня смотрит. На какую-то долю секунды наши глаза встретились, и он сразу же опустил взгляд в свою тарелку.
– Элек никогда не говорил мне, что у него есть сводная сестра, – произнесла Челси.
"
"Вот как! Значит, он никогда не упоминал ей обо мне.
Тут подала голос мать.
– На самом деле Элек жил с нами совсем недолго, когда они с Гретой были подростками. – Она посмотрела на меня. – Вы ведь тогда не слишком друг с другом ладили, не так ли?
Мама и понятия не имела, что на самом деле происходило между мной и Элеком в то время. Поэтому, с ее точки зрения, это высказывание можно было считать правдивым.
Хрипловатый низкий голос Элека, как нож, пронзил мое сердце.
– Это правда, Грета?
Я уронила вилку.
– Что, правда?
– Что мы не очень хорошо ладили, как говорит твоя мама.
Разумеется, скрытый подтекст в его вопросе был адресован исключительно мне, потому что только я и смогла бы его понять. Я недоумевала, почему ему вдруг вздумалось подкалывать меня в этой и без того неловкой ситуации.
– Было такое дело.
Он буквально жег меня взглядом, а потом тихо произнес:
– Да, было…
Внезапно я почувствовала, что все мое тело горит.
Его губы растянулись в улыбке.
– Помнишь, как ты меня обычно называла?
– Что ты имеешь в виду?
– Мой дорогой сводный братец, не так ли? Наверное, из-за моего неотразимого обаяния. – Он повернулся к Челси. – На самом деле, я тогда был полным говнюком.
Полным говнюком. Он, разумеется, этого не хотел, но у меня при воспоминании о тех временах голова пошла кругом.
– Откуда ты знаешь, как я тебя называла? – спросила я.
Он молча ухмыльнулся.
Я улыбнулась в ответ.
