Он осторожно приподнял голову приятеля, сразу увидев несколько дырок в шее, из которых чертили по бледной коже кровяные дорожки, заливая свитер. Судя по всему, Евгения убили совсем недавно. Опустив взор, Сергей заметил орудие убийства. Самое обыкновенное шило торчало из остывающих пальцев телохранителя.
– Сука, – проскрежетал Малышев.
«А он шутник, этот парень. Неужели он рассчитывал, что это примут за самоубийство?!» – в ярости подумал он.
Сергей аккуратно закрыл дверь, рукавом стерев отпечатки пальцев в тех местах, где мог их оставить.
– Гребаный дилетант! Я бы тебе это шило в жопу засунул, утырок!
Войдя в подъезд, он вынул из кобуры пистолет, снял его с предохранителя и, затаив дыхание, начал медленно подниматься по лестнице. Сердце дробно колотилось по ребрам, и ему казалось, что этот стук был слышен в каждой квартире. Взобравшись на третий этаж, он остановился напротив нужной двери. Цепкий взор тут же отметил россыпь темных капель у порога, которые уже успели загустеть.
"
"Кровь. Уж ее Малышев мог ощутить даже по запаху, даже запекшуюся.
Он мягко толкнул дверь. Она оказалась незапертой, и Сергей шагнул внутрь, чувствуя, как нервы задрожали струнами. Пол тоже заляпан кровью, как и дверной косяк. Судя по всему, Артур упирался…
На негнущихся ногах Малышев прошел на кухню, проверил совместный санузел, затем с замершим сердцем заглянул в комнату.
Пусто.
На столе, прямо в центре белел клочок бумаги, и Сергей подошел ближе, плотно сжав губы.
Фото Артура.
И одна глубокая царапина, рыхлой бороздой пересекающая напряженное лицо сына.
Малышев перевернул фотографию.
«Завтра пришлю тебе его руку», – было выведено неуклюжими буквами.
С каменным выражением лица Сергей сунул фото в карман.
На всякий случай он провел небольшой обыск, проверив шкафы и заглянув под кровать, однако никаких следов сына, кроме нескольких капель крови в прихожей, он не обнаружил.
«…пришлю… его руку», – мысленно повторил он и словно в ступоре вышел из квартиры.
Еще никогда в жизни ему не было так жутко.
Часть VII
Перехожу от казни к казниШирокой полосой огня.Ты только невозможным дразнишь,Немыслимым томишь меня…А. БлокСпустя сутки
Слепящие фары в вечернем тумане были похожи на глаза громадного хищника. Серый «Форд Фокус», километр за километром проглатывая стылую ленту дороги, размеренно направлялся в сторону вокзала.
– Ты уверен, что это правильное решение? – спросила Мария после долгого молчания.
