— А Анна, камеристка?
— Бог ее знает. Или, скорее, черт. Факт, что она была очень предана своей хозяйке. А та ее весьма баловала. Об остальном мы можем только догадываться. Видимо, там имела место, что называется, любовь на троих. Братья пользовались благосклонным вниманием красивой камеристки, и все вместе они верно служили Смецкой. Так младшие бесы ходят на посылках у нечисти более высокого ранга.
— Разъясни вот еще что, — потребовал Таубе. — Бекорюкову выгодно было до самого августа сохранять в городе видимость спокойствия.
Здесь базис его шайки; образно выражаясь, обозы и магазины. Появление в тихом Варнавине маньяка путало его карты. Губернские власти раздражаются. Они могут наводнить город сыщиками, привлечь сюда дополнительные полицейские силы. Все, что угодно. И тем создать помехи готовящемуся ограблению казначейства. Так?
— Так.
— Почему же тогда Бекорюков-Недокрещенный не приструнил свою подругу?
— А он сам долгое время не знал, кто маньяк. И искал его, как умел, опасаясь перечисленных тобою последствий.
Только мой приезд открыл ему глаза.
— Это каким же образом?
— Покушение на Титуса заказала именно Смецкая. Она пожаловалась своему любовнику. Не знаю, на что конкретно. Придумала какую-то сказку. Что Яан оскорбил ее, или что-то в этом роде… Бекорюков распалился и выделил в качестве экзекутора Щукина. Тот заманил Яшу письмом, написанным под его диктовку Ваней Модным, и чуть не убил.
— А для чего на самом деле барышня желала Яшиной смерти?
Все собеседники при этих словах дружно обернулись и посмотрели на сидящего в сторонке Титуса.
Но тот смолчал и лишь осторожно пожал плечами: не знаю, мол… Лыков разъяснил:
— Он вел собственное расследование, ходил по городу, выспрашивал. Ничего толком не узнал, но насторожил убийцу. Камердинер Мефодия Александровича дал показания: именно он подслушал один такой разговор Яна в чайной и передал его хозяевам. Так, к слову… Смецкая отреагировала мгновенно и нанесла упреждающий удар. Но это стало началом конца «оборотней».
— Из Петербурга приехал волкодав, — продолжил было Форосков, но коллежский асессор с ним не согласился:"
"— Волкодав оказался суще-глупый и умом прискорбный. Он долго и успешно гонялся по всему уезду за различной шушерой, которую ему подсовывал исправник. Но именно от меня Бекорюков узнал важнейшую новость: Титус пострадал за то, что разыскивал маньяка. Он обо всем догадался. Полагаю, состоялось бурное объяснение. Смецкая обещала до августа никого больше не душить.
